У Эйлерта Лира было золото, захваченное ещё с торгового германского корабля, и некоторые запасы с предыдущих рейдов, однако что-то пришлось выбросить как балласт, чтобы остаться на плаву. Этих денег должно было хватить на то, чтобы без лишней роскоши вернуть «Пандоре» приличный вид.
Капитан знал хорошего корабела, берущего умеренную плату за свои золотые руки. Его кузница располагалась в маленькой восточной бухте без отмелей и скал. После недолгих раздумий, Лерт каждому раздал поручения: Олдена он отправил пополнять запасы провизии и по возможности боеприпасов, доктор исчез за поворотом на главную торговую площадь в поисках нужных трав и настоек. Грэм же вместе с Эйлертом поспешили к мастеру.
Экипажу «Пандоры» не так часто приходилось бывать на этом острове, от силы раза два или три, но этого оказалось достаточно, чтобы найти его на карте и ориентироваться меж неказистых построек. Однако даже не зная обычаев повседневной жизни его обитателей, каждый из команды догадывался, что поведение людей казалось ненормальным. Нет, люди не стояли толпами и не глазели, охая или посмеиваясь. Они вообще словно испарились — редкие два-три человека выглядывали из-за закрытых ставень окон, быстрые тени исчезали по узким тропинкам. Даже небольшой рынок в пять прилавков и тот был пустынен. Торговцы отошли на достаточное расстояние, чтобы видеть свой товар, но не контактировать с идущим мимо капитаном.
— Эй, послушай, а правда, что тот самый корабль сейчас здесь? Ну, про который рассказывают, будто его Дьявол проклял, — услышал Грэм откуда-то со стороны и почему-то повернулся на незнакомый голос. Две женщины с корзинами в руках спешили прочь, настороженно на него оглядываясь.
Купец быстро схватил монеты, посыпавшиеся в его ладонь, продал все, что они просили, но был немногословен и явно хотел побыстрее от них отделаться.
***
— Слышь, кажется, слухи-то правдивы, — раздался хриплый голос позади доктора. — Ну этот, корабль мол, который сам Призрак не трогает. Мне это Дик рассказал, тот, который в трактире работает, — двое мужчин прошли мимо, даже не взглянув на него, но он почему-то догадался, что говорили они о «Пандоре». Пытаясь беззаботно улыбаться лавочнику, он сумел ухватить у него нужные для припарок ингредиенты, а после, опустив голову и прикрывая лицо полой шляпы, поторопился на корабль.
***
Олден, отложив молоток и гвозди в сторону, высунулся из-за бортов фрегата, слыша очередной недовольный вопль.
— Эй, выродки!
В такой дыре, да обзывать пиратов? Может, давний враг? Но нет, это был всего лишь незнакомый пьяница, которого оттаскивали с причала двое его товарищей.
— Бог все видит! Он вас от Дьявола не спасет, как вы его не просите! К чертям своим на дно морское потонете! Че, думаете и нас скормить собирателям душ, да вот выкусите, хер там плавал!
***
— Проклятый корабль и на нас накличет беду, — зазвучал девичий шепот. — Все это к беде. Не хочу, чтобы они здесь задерживались.
Эйлерт шел с Грэмом по главной и единственной улице островного поселения и слышал вслед фразы с иными словами, но точно такие же по смыслу. О том, что «Пандора» порождена самим Морским Дьяволом; корабль, который либо проклят самим Богом, либо благословлен нечистыми силами. О том, что несколько других кораблей видели, как фрегат выходит целехоньким из тумана, тогда как всем известно — попал в ловушку. О том, что их капитан, ещё совсем юнец, видит образы, шепчущие ему, что делать и как поступить.
О том, что они прокляты. И проклинают все, до чего дотронутся, каждого, с кем заговорят.
Двери в мастерскую были закрыты. Лерт постучал раз, постучал два. Грэм в то же самое время обходил дом, подметив, что по ту сторону окна есть все признаки жизни: в пепельнице все ещё тлела потухшая сигара, в мастерской железо красным каленым бруском светилось на спицах, чувствовался запах приготовленной еды. Однако по-прежнему никто к ним не выходил.
— Мы знаем, что ты там! — потеряв терпение, прокричал Грэм, для надежности двинув тяжелым сапогом по двери так, что она зашаталась. — И либо говори, какого хрена ты творишь, либо мы получим желаемое силой, ты, засранец.
— Убирайтесь! — глухо донеслось до них откуда-то с крыши, хотя, казалось, выхода туда не было. Эйлерт одним движением руки остановил старпома, намеревавшегося в действительности штурмовать дом мастера. Нужно было дать шанс договорить. — Я не буду иметь с вами дело. Вы проклянете и меня, и мою семью, и весь этот остров!
— Да что ты такое несешь вообще?
— Ваш корабль не забирает сам Дьявол! — и, как только Лерт хотел произнести ещё хоть слово, две пули взметнули пыль недалеко от их ног. — Убирайтесь! Иначе я за себя не ручаюсь!
Спорить было бессмысленно, намерения корабела вряд ли изменились бы от пустых обещаний и нелепых оправданий. Эйлерт знал, насколько пропитана суевериями их жизнь, — и переубедить упрямый морской народ слишком трудно, если вообще возможно. Лучше просто уйти, дать понять, что никаких злых намерений нет, и, возможно, все само утихнет до следующего раза.
