- А вы не знаете? Это кабель, состоящий из двух проводов, один из которых идет в середине, как сердцевина, а другой обвит вокруг него, как оплетка. Вот, к примеру, кабели телеантенн - коаксиальные… это видно на конце, который включается в розетку.
- Да, понятно.
- Так вот, Джо говорит, что кто-то перепутал провод заземления и тот провод, что под током, и включил их не в те разъемы. Он говорит, что это очень опасно и людей постоянно предупреждают, чтобы они этого не делали, но тем не менее временами такое случается. Тогда ток идет на корпус микрофона и замыкается на того, кто его держит.
Я поразмыслил.
- Но тогда ведь и магнитофон окажется под током?
Родерик поморгал.
- Да. Джо говорит, что начинка тоже должна была оказаться под током. Но это как раз не опасно. Корпус магнитофона пластмассовый, ручки и кнопки тоже, а сам Джо был в ботинках на резиновой подошве - он их всегда надевает, на всякий случай.
- Но он ведь, должно быть, уже пользовался этим магнитофоном! - возразил я.
- Джо говорит, что не пользовался. Он говорит, просто включил его потому, что тот оказался под рукой, когда с его собственным магнитофоном что-то случилось. Он не знал, чей это магнитофон. И вроде бы за ним так никто и не пришел.
Аркнольд подсадил своего жокея на Тейблс-Тернда, и лошади двинулись к старту.
- Видимо, все-таки несчастный случай, - сказал я.
- Джо тоже так думает, - согласился Родерик. Однако в голосе его звучало легкое сомнение. Я присмотрелся к нему повнимательнее. - Но… Это, конечно, звучит ужасно, но Джо думает, не могло ли это быть рекламным трюком, который зашел чересчур далеко. Он говорит, что Клиффорд Венкинс почему-то копошился у аппаратуры после вашего первого интервью и что пресс-конференцию устроили вы, а теперь оказались героем дня благодаря тому, что спасли Катю…
- Да, это звучит ужасно! - весело согласился я. - Можете считать, что я в ужасе. Кстати, имейте в виду, что я тоже размышлял над вопросом, не было ли это рекламным трюком, который подстроили вы с Катей… и который зашел чересчур далеко.
Родерик уставился на меня. Потом расслабился. Грустно улыбнулся.
- Ладно, - сказал он. - Это не ваших и не наших рук дело. А как насчет уважаемого Клиффорда?
- Вы с ним знакомы больше, чем я, - сказал я. - Он, похоже, продал душу своей компании, но тем не менее мне кажется, что у него не хватит ни отваги, ни ума устроить такую проделку.
- Вы его недооцениваете, - заметил Родерик. - Он не всегда такой дерганый и суетливый, как сейчас. Это он нервничает из-за вашего приезда.
Неподалеку от нас стоял у ограды Данило. Он смотрел на жеребчика Нериссы, и на его славной открытой физиономии играла улыбка. Я подумал, что, если бы Данило знал, что ему вскоре предстоит унаследовать этих лошадей, он бы не улыбался, а беспокоился.
Аркнольд присоединился к нему, и они вместе пошли к трибунам смотреть заезд. Мыс Родериком побрели следом за ними. Тейблс-Тернд рванулся вперед, выдохся за два фарлонга до финиша и приполз к нему на последнем издыхании.
Аркнольд наткнулся на меня, спускаясь с трибун, чтобы разобрать заезд по косточкам с жокеем. Тренер бормотал что-то себе под нос и был мрачнее тучи.
Сообразив, что перед ним я, он отрывисто бросил:
- Это слишком, сударь! Это слишком! Это классный жеребец, при таких соперниках он должен был обойти всех на десять корпусов!
Потом захлопнул рот, точно капкан, протиснулся мимо меня и пошел дальше, пробиваясь сквозь толпу.
- К чему это он? - небрежно спросил Родерик. Настолько небрежно, что я сразу вспомнил про его газету и ничего объяснять не стал.
- Понятия не имею, - ответил я, сделав удивленное лицо; но судя по скептической усмешке Родерика, он тоже вспомнил, кто я по профессии.
Мы спустились с трибун. Я поразмыслил и решил, что для моей цели лучше всего подходит Клагвойт. А потому я ненавязчиво подвел Родерика к Конраду и Ивену, которые обсуждали, не сходить ли в бар, представил их друг другу, дождался, пока Родерик примется излагать Конраду версию Джо насчет кабеля, и потихоньку смылся.
Председатель сидел в своей личной ложе, в обществе дам в роскошных шляпках. Он увидел, что я брожу в одиночестве, помахал мне, чтобы я поднялся в его ложу, и, когда я пришел, сунул мне в руку стакан теплой воды с запахом виски.
- Ну как у вас дела? - спросил он. - Выигрываете?
- Во всяком случае, не проигрываю, - улыбнулся я.
- На кого ставите в следующем заезде?
- Я сперва хочу посмотреть, как они будут выглядеть в паддоке.
- Разумно, - согласился он.
Я выразил свое восхищение ипподромом.
- Трибуны, похоже, совсем новые.
- Да, недавно построили, - сказал он. - Давно было пора.
- И весовая выглядит такой уютной - по крайней мере, снаружи.
- Она и внутри ничего. - Тут ему пришла в голову новая мысль: - Хотите там побывать?
- Очень любезно с вашей стороны! - радостно согласился я и показал, что готов отправиться хоть сейчас - а то вдруг забудет! Вскоре мы расстались со своими недопитыми стаканами и не спеша направились к квадратному административному зданию, с весовой и раздевалками на первом этаже и кабинетами служащих на втором.
