- А теперь слушай сюда, урод! - Хротгар угрожающе резко приблизился к желчному крикуну, схватив его за грудки, настолько близко, что едва не касался лбом его лба и увидел отражение своих глаз в его зрачках. - Ты ещё не умер только потому, что мне интересно, о чём ты можешь мне поведать. Я мог бы прямо сейчас врезать тебе кровавого орла, или вообще усадить тебя жопой на кол, чтобы ты перед смертью несколько дней мучился нестерпимой болью! - В его голосе не было ярости, лишь ледяная решимость исполнить свою угрозу, пусть и придётся отдать Аграилу на одну душу меньше. - Но я позволил тебе и остальным твоим тварям пожить ещё немного, пока вы говорите. Цени эти мгновения! Мельника здесь нет и бояться тебе надо не его, а меня! Это я сейчас стою здесь перед тобой! Это в моих руках твоя жизнь! И, чтобы ты не обманывал себя напрасными иллюзиями, Истр, сколько бы людей он с собой не привёл, разделит вашу участь. Правда, проживёт он, наверное, подольше вашего, поскольку знает больше. - В глазах Ренара появился страх. Похоже, до сей поры он не до конца понимал серьёзность своего положения и тешил себя надеждой на спасение. - Так ты хочешь умереть быстро и легко, или долго и больно? - Резко рявкнул возрождённый, чтобы окончательно выбить спесь из глупца. Приём сработал - временный главнюк, приноровившийся к спокойной и хладнокровной манере речи дознавателя, продумывавший про себя варианты ответа, вздрогнул от резкого окрика, а все посторонние мысли, словно горох, высыпались из его головы, сейчас в ней словно набатный колокол звучал последний вопрос северянина, предлагавший лишь две альтернативы.
- Быстро... это не так больно. - Сдался Ренар, впрочем, сломался он не до конца, он тянул время, чтобы придумать более правдоподобную ложь, что не укрылось от внимания северянина, поскольку, "подопытный" отвёл взгляд вправо и вверх, явно создавая какие-то образы в своём воображении.
- Ну что ж, раз ты готов говорить, скажи-ка мне, давно ли гильдия завербовала мельника? - Этот вопрос был принципиален, поскольку местному отделению гильдии меньше года от роду и, если Истр с самого своего переезда в Нардию был вовлечён в замысел, значит относится к Чёрной руке, а вот если от нескольких месяцев до года, как вступил, значит относится к местной молодой поросли, хотя и может быть достаточно высоко в её иерархии.
- О, ещё до переезда сюда Истр уже был членом гильдии. У него под началом не меньше сотни людей! - Ренар явно пытался напугать непомерной крутизной своего командира и количеством людей у него в подчинении. Впрочем, обе сентенции были ложными, Хротгар уже давно держал его не за грудки, а за голову, ощущая большими пальцами в жилках на его шее пульс, который заметно участился как в начале первой фразы, так и к концу второй.
- О, то есть, он член Чёрной Руки? - Решил пощупать почву он.
- Да, я слышал, он входит в неё. - И снова ложь, но не это было главным. Судя по задержке перед ответом, пульсу и взгляду, этот не особо умелый враль никогда не слышал о чёрной руке.
Фёдд достал свой кинжал-кипятильник и плавным неспешным движением отрезал обманщику ухо с характерным шипением запекающейся крови. Воздух наполнился запахом горелого мяса. На этот раз истошный визг "испытуемого" заставил очнуться уже всех пленных.
- А теперь давай на чистоту. - Совершенно спокойным будничным тоном вновь заговорил северянин, убрав кинжал в ножны и с некоторой брезгливостью вертя между пальцами отрезанное ухо. - Ты оба раза мне соврал, а это было наказание. Мне продолжить нарезать тебя на ломтики, или ты наконец отнесёшься к нашему разговору серьёзно?
- Да пошёл ты! Ты мне ухо отрезал! - Огрызнулся "наказанный".
- Так, вижу, серьёзности не прибавилось... - норманн разжал пальцами челюсти подследственного и запихнул ухо тому в рот, после чего двумя руками заставил его челюсти сделать несколько жевательных движений. - Глотай! - Терпеливо, хотя и не без некоторого чувства брезгливости он снял со своей щеки выплюнутое ухо и вытер слюну с лица, решив, что после его не помешает вымыть. Сломав супостату кулаком нос и уже окончательно ощущая презрение к себе, словно палачу в застенках гестапо, он под аккомпанемент гнусавых воплей зажал ноздри. Когда рот открылся для вдоха, он пальцем протолкнул кусок жёваного хряща в глотку жертвы, после чего зажал и рот. Когда тот начал дёргаться, задыхаясь, он отпустил руку и, чтобы вдохнуть, ему всё же пришлось проглотить кусок своей плоти.
