Дьяволы полностью

— Найди что-нибудь или выдумай. — барон Рикард отбросил книгу в сторону и сел. — Для того, кто построил свою жизнь на лжи, ты на удивление плоха в этом деле.

— Ну, получилась не очень хорошая жизнь.

— Ха! Забавно. Быстрый и остроумный ответ — это хорошее начало, даже такому нелегко научить. Но у тебя должно быть и величие. Некая стать.

Алексия нахмурилась, оглядывая себя:

— Я коротышка.

— Тебе не обязательно быть высокой. Моя жена Лукреция была ниже тебя, но, благословенная Спаситель, она возвышалась над любым местом, которому посчастливилось её принимать! Выше, я покажу тебе. Выше, выше, выше!

Пока Алекс стояла, выглядя слегка испуганной, барон Рикард начал бродить вокруг неё, затем выставил указательный палец:

— Там. Здесь. Выше. Нет! Боже, нет. Ты не просто выпячиваешь грудь к небу, поверь мне, тебе там не особо есть что выставлять. Голова поднимается, шея становится длинной — твоя шея очень тонка, видишь, такая тонкая, ты лебедь, а не чайка, не утка, не крякай…— он коснулся под челюстью и приподнял её голову. — Представь, что тебя возвеличивает корона. Твоя голова лёгкая, а не забита тяжёлым мусором, нет сомнений и подозрений, а только высокие надежды и добрые пожелания. — он взял прядь волос между большим и указательным пальцами и потянул её голову вверх. — Вот, вот, вот.

— Ой, ой, ой!

— Это лишь часть той боли, которую я испытал увидев, как ты прокрадываешься в комнату. Затем плечи возвращаются назад — блаженный святой Стефан, нет! Ты не раскалываешь орех лопатками, они выгибаются, должна проявиться структура. Ты не прячешься, представь, что ты там, чтобы выставлять напоказ свою одежду — продать её разборчивому покупателю! Да, лучше, сильно, но мягко.

— Сильно и мягко?

— Именно так! Теперь таз наклоняется — о боже, не назад — жопа внутрь, вот так, пах вверх, вот так, живот втянут. По крайней мере, сделай вид, что у тебя есть позвоночник. Ты не сырая требуха, ты высечена из мрамора! И мы ходим. Нет, мы ходим. Нет, прямо, как человек, а не как зверь полевой, представьте это. Нет, не втыкая пятки в пол, как Вигга Улласдоттр, нет, не прогуливаясь, как Баптиста, на носках! Они ласкают землю нежным прикосновением невесомой возлюбленной. Да! Ваши большие пальцы ног следуют друг за другом по прямой линии отсюда к вашим желаниям. Владейте комнатой! Это ваша земля! Да! Вот она! Её высочество принцесса Алексия Пирогенет наконец-то прибыла!

— Хм. — Бальтазар остановился, чтобы оглядеться. Девушка действительно, казалось, претерпевала драматичную трансформацию. — Что это за магия?

— Магия хороших манер! — пропел барон Рикард, вращая пальцами. — Каково чувствовать это?

— Как пытка. — прохрипела Алекс, действительно скача по комнате с выражением лица человека, которого пытают.

— Хорошо! Это работает.

— Когда это прекратится?

— В тот момент, когда вы перестанете быть принцессой.

— Э-э…

— О, вы всегда принцесса? Тогда вы должны всегда вести себя как принцесса. Вы должны есть, спать и испражняться с имперским достоинством. Это становится инстинктом. Тогда люди не смогут не уловить опьяняющий запах королевской власти всякий раз, когда вы приближаетесь, а не... — вампир сморщил нос, — привычный вам дух сточной канавы.

— К этому нельзя привыкнуть.

— Только потому что вас, чистокровную скаковую лошадь, держали в мешке семнадцать лет. Мы должны сделать это привычным, и поэтому мы должны заняться этим себяжалеющим куском выше шеи. — барон Рикард похлопал её по щекам достаточно сильно, чтобы послышался слабый звук как от пощёчин. — Итак! Мы улыбаемся. Нет, мы улыбаемся. Не раскрываем клюв на полную, вас оценивают не по площади зубов. Меньше ртом, больше глазами. Не комедия, моя дорогая, не буффонада с падениями на задницу, а драма со счастливым концом. Серьёзно и эмоционально. Всё получилось именно так, как вы надеялись. Тот, с кем вы сейчас — тот самый человек, которого вы больше всего желаете видеть! — вампир подпрыгивал и улыбался, словно сам был окружён любезными доброжелателями, а Алекс подпрыгивала и улыбалась, подстраиваясь под него шаг за шагом. — Мир — это коробка с угощениями, и вы смиренно просите только одно. О, что же выбрать? Всё выглядит так прекрасно! Да! Очень хорошо, с ресницами. Её высочество, такая величественная, но такая близкая. Её высочество, такое смирение, такая грация, все Двенадцать Добродетелей в одной! Очаруйте их! Восхитите их! Украдите их сердца!

— Брат Диас, — сказала Алекс, прижав руку к груди, её лицо выражало тихое беспокойство. — Я так рада, что вы смогли сопровождать меня в Трою, и искренне благодарна за ваши наставления в чистописании. — Бальтазар был почти так же удивлён, как монах. Даже её голос изменился — стал выше, чище, яснее.

— Чудесно! — Барон хлопнул в ладоши, глаза сверкнули. — Я сам почти верю вам! Если бы я только был таким понятливым учеником как вы, я бы никогда...