— Профессор Снейп! — предостерегающе окликнула целительница.
— Пожалуйста, успокойтесь, — мягко сказал Северус девочке. — Я понял, вы не согласны.
Она моргнула один раз.
Северус сидел несколько минут, ничего не говоря, пока чернила пера не стали чёрными.
— Пожалуйста, не допустите ошибки, мисс Уизли, — вздохнув, очень тихо заговорил Северус. Глаза девочки были закрыты, но он знал, что она не спала. Затем она открыла глаза, но не успела прийти в себя, как он продолжил ровным и успокаивающим голосом: — Скоро здесь будут ваши родители. Мы не уверены, разрешать им увидеться с вами или нет. Мы не знаем, стоит ли пускать к вам кого-нибудь из ваших братьев, мисс Грейнджер или мистера Поттера. Или, откровенно говоря, нам следует отправить вас в изолированную палату в больнице Святого Мунго.
Помона вышла вперёд.
— Джинни, профессор Снейп уже делал это раньше, ты же знаешь. Это неприятно, но не больно.
Какое-то время девочка металась взглядом с Помоны на Северуса и обратно и наконец устало моргнула.
Помона отошла в сторону.
Северус наклонился вперёд, положив свою ладонь на руку мисс Уизли, чувствуя, что её необходимо подбодрить.
Он посмотрел ей в глаза.
— Легилименс.
Сознание девочки было затоплено болью и виной, но, к счастью, это не был бессвязный, бессмысленный бред.
— Какой идиот купится на это? — плачет она на чьём-то плече. — Я причиняю людям боль! Я чуть не убила их!
Они сидят в тёмном пустом классе. Она и мальчик. Трудно было понять, кто именно.
— Джинни, всё в порядке, никто тебя не винит, — это голос Лонгботтома.
— Но они должны были! Должны! Как нормальные люди вообще могут находиться рядом со мной?
— Послушай, Джинни, у всех есть… вещи… о которых они не хотят говорить.
Сцена меняется, Уизли и Лонгботтом идут вокруг озера.
— …ничего не получается сделать правильно. Думаю, я не нравлюсь этой палочке. И рука дрожит, не знаю почему, — говорит Лонгботтом, пожимая плечами.
— Я могу тебе помочь, — отвечает она. — Как ты думаешь, мы сможем это сделать?
— Здесь все компоненты растительные. Да. Я очень хорошо разбираюсь в травологии. И это лучше, чем Сон без сновидений. Если ты будешь принимать Сон без сновидений слишком часто, то сойдёшь с ума. А Мир просто успокаивает.
— О боже, Невилл, это было бы здорово. Я не могу заснуть и всё время вижу, — девочка вздрагивает, — его. На каждом углу. Я не знаю, что делать. Я как будто чувствую, как он держит меня. Мне кажется, я схожу с ума.
— Нет, тебе просто снятся плохие сны. У меня они иногда даже днём бывают. Такое случается.
Кадр снова перепрыгнул.
Косой переулок, летний день, случайная встреча.
— Мама! Можно я схожу с Невиллом в кафе за мороженым?
— Иди, милая, — Молли Уизли ласково улыбается дочери. — Я найду тебя там позже, когда закончу с покупками.
— О Мерлин, Невилл! Что случилось? — у неё перехватывает дыхание.
Невилл сидит прямо, не прислоняясь к спинке стула, на его запястье темнеет синяк.
— Бабушка уехала на лето, — объясняет он.
— Я должна сказать маме, — девочка приподнимается. — Она что-нибудь с этим сделает.
— Нет, Джинни, не надо, — Невилл тянется и хватает Джинни за руку. — Это убьёт бабушку. Послушай, школа начинается через три дня, верно? Всё в порядке. Не беспокойся.
