В равном браке истинных все было просто. У обоих проявлялась чешуя. Что еще может быть у василиска в крови? А у эльфов… Беар вновь провел ладонью по коже предплечья, заставляя чернила вспыхнуть и надеясь, что хоть в тысячный раз что-то изменится.
Что он вообще ожидал увидеть? Это же эльфы... В чем их суть? Трава, деревья, ветки? Ветер там… Хотя, как можно отразить ветер в рисунке? Но с Ланой, как всегда, все было непросто. Честное словно, если бы Лиам не знал, что ее мать была долгие годы заперта на Земле, то готов был спорить, что бывшая королева эльфов нагуляла ребенка с кем-нибудь из темных. Если бы не разница в возрасте, он бы даже подумал на Дайрела. Но нет…
Несколько листьев Лиам, конечно, замечал, пока рисунок не ускользал от взора. Но все остальное сливалось в какую-то дикость. Черные рваные полоски, напоминающие шерсть этого странного животного «Гриши». Лиам не придавал значения зверю, когда отец Ланы советовал забрать кота-переростка в их мир. Большой, волосатый, слюнявый. В конце концов, здесь Беар бы подарил своей самке сколько угодно других питомцев.
Но брачные татуировки указали на его промах. Зверь был настолько важен девушке, что отражался в ее сущности. Или это сущность такая? Его эльфийка – настоящая хищница?
Языки пламени, которые Лиам видел на своей правой руке, вовсе удручали. Эльфы с огнем вообще не связаны. Единственное огненное, что было у его жены – это любовник. Но мысли, что феникс мог настолько запасть в душу Ланы, мужчина упорно от себя отгонял.
Беар снова провел ладонью по предплечью. Рисунок проявлялся всего на пару секунд, и василиск совершал новые и новые попытки, стараясь разглядеть мельчайшие детали, которых было слишком много. Его эльфийка очень непростая. Все эти хитросплетения, нюансы и тонкости. Как с этим работать? Лиама учили идти напролом, а не разбираться в чужой хрупкой душевной организации.
Может, если Лана дотронется, татуировки будут видны дольше?
- Лиам? – Беар поднял голову на звук женского голоса. – Ты еще здесь? Старейшины прибыли.
- Лана?
- В своих покоях, ждет тебя, - доложила Айка.
- Вы нормально поговорили? – мужчина поднялся с кресла, намереваясь отправиться за своей женой. – Я чувствовал ее волнение. И панику.
- Все хорошо. Лана решила, что ты заставишь ее высиживать яйца, - Айгерим взяла Лиама под руку, прижимаясь щекой к плечу. – Я иногда поражаюсь тебе, дорогой. Так сложно было объяснить девушке тонкости нашего размножения? Неудивительно, что она от тебя шарахается, как от огня.
- Чтобы что-то с ней обсуждать, для начала нужно добиться того, чтобы она перестала пытаться меня убить, стоит нам остаться наедине, - недовольно ответил Беар. Как бы там ни было, на свою самку он все равно злился. Несносная, упертая, коварная. Медленно выдыхая, Лиам постарался взять себя в руки. Он устало помассировал переносицу двумя пальцами.
- Интересно, а как ты себя поведешь, если тебя попытается изнасиловать большой и страшный василиск?
Лиам замер на месте. Айгерим опять переходила все границы, заставляя лорда растерять дар речи. Его подруга умела вывернуть фразу таким образом, чтобы шокировать. Любыми средствами заставляла обратить внимание на ее слова.
- Я… никто ее не…
- Успокойся. Твою позицию я знаю, - отмахнулась рыжая. – Ты просто не желаешь взглянуть на все ее глазами. Лана не в порядке, Ли.
Айгерим покачала головой, отпуская локоть своего друга.
- Она не похожа на себя. Раньше в ней была искра, сила, уверенность. А теперь… Лана надломлена.
Они остановились возле покоев четы Беаров.
- Я услышал тебя, - ответил Лиам. – Спасибо. За всё.
Мужчина толкнул дверь, заходя в спальню. Алания стояла возле окна и наблюдала за улицей. В идеальном черном платье.
Красивая.
Лиам поджал губы, его тело пронзило томной мукой. И на этот раз это были его собственные ощущения. Вчерашняя ночь, которую он так долго ждал, закончилась сокрушительным провалом. Организм требовал быть с его самкой. Лиам хотел этого.
Как же ему не терпелось поскорее закончить все дела и, с наступлением сумерек прийти в свои покои и... получить свою жену. Она обещала, что примет его. И Лиам не был готов идти на новые уступки.
Лана повернулась и, увидев мужа, направилась в его сторону. На ее лице - широкая улыбка, плечи расправлены, спина прямая, гордо вздернутый подбородок. Живые, горящие глаза.
- Я готова, - бодрый голос заставил Лиама насторожиться. – Идем?
- Все в порядке?
- Да, конечно, - девушка невозмутимо продолжала улыбаться. Лиам попытался прислушаться к внутренним ощущениям. Что творится в ее душе? – Почему ты спрашиваешь?
Лиам не стал отвечать. Ему определенно не нравилось, что он не может прочувствовать ее настроение. Это вызывало подозрения.
- Мы встретимся со Старейшинами.
- Да, Айгерим предупредила меня, - кивнула девушка. – Я должна что-то знать? Следует ли мне молчать, или как-то высказывать свое почтение?
