Как странно сейчас понимать, что мы оба боялись, почти не разговаривали друг с другом, что-то воображали себе. Но вот эта черта пройдена, и я верю, что впереди нас ждет только хорошее. Я точно это знала.
— Черт, это ненормально… Я вообще не хочу тебя отпускать из своих объятий.
— Так не отпускай, — жарко ответила я, отвечая на его прикосновения с еще большим пылом. — Никогда не отпускай…
— Скоро вы там? Уже речь президента началась! — опять крикнул из гостиной Никита.
— Сейчас! Я совсем забыла про бутерброды, — сокрушалась я, быстро раскладывая все на красивом керамическом блюде.
От собственной суеты чуть не смахнула его на пол, вовремя успела подхватить. Охнула от испуга.
— Так, давай помогу, ты что-то совсем разнервничалась, — хихикнула Дуня, забирая у меня блюдо. — Ты случаем не беременна?
— Нет! — Я сдунула рыжую прядку, что постоянно лезла в глаза и мешала, в сторону.
Прищурилась, увидев, что сестра слишком уж пристально разглядывает мой живот.
— Да не вру! Рано еще, какие дети! Мы даже не женаты, — фыркнула в ответ. — Дуня, хватит пялиться!
— Так, может, быстрее бы женился, — пожала плечами несносная сестра. Я пихнула ее локтем в бок.
— Свадьба летом, все по плану.
— А вдруг он передумает? — лукавая улыбка Дуни указывала на то, что конечно же, она шутит.
— Дунь, отстань, — отмахнулась от назойливой сестры, тоже улыбаясь. — Пойдем, а то все ждут.
Покинув кухню, мы поспешили к гостям.
— Ну что так долго? Шампанское уже в бокалах, — Никита продолжал бурчать. — Эй, потише!
Последнее он гаркнул близнецам, которые как обычно принялись спорить. Им все равно где это было делать. Они, естественно, проигнорировали его, продолжая шумно ругаться. Тогда на них шикнула Анфиса. Кое-как они угомонились.
Усевшись за стол рядом с Кириллом, я взяла протянутый им бокал с шампанским. Разложила на пустой тарелке клочок бумажки и ручку.
— Ты точно не хочешь? — Спросила Дуня у Анфисы.
Та только закатила глаза, делая вид, что выше всего этого.
— Что за чушь, не буду я палить бумагу и есть пепел.
— С остатками бумаги, между прочим, — поправила Дуня, посмеиваясь над серьезностью старшей сестры. — Это весело.
— Сбылось хоть раз? — с любопытством поинтересовался Кирилл.
— Не знаю, я обычно забываю, что загадываю.
Мы все по-доброму смеемся и затем, притихнув, слушаем концовку почти полностью пропущенной речи.
Теплая ладонь Кирилла поглаживает мою коленку, мы неотрывно смотрим друг на друга. Я снова погружаюсь в зелень его глаз, совсем как в таежный лес. Или даже тот лес, что окружает нас сейчас. Он сильно похож на родные места.
Мы совершили невозможное, буквально за два с половиной месяца мы успели подготовить этот дом. Быстро доделать кое-какой ремонт и купить мебель.
Сейчас в комнате чудесно пахло хвоей и мандаринами, уютно потрескивал камин, согревая своим теплом. У широкого окна стояла красавица ель, украшенная гирляндой и стеклянными игрушками. Совсем как в фильме про оставшегося одного в доме мальчика, который мы показывали детям пару дней назад в этой же гостиной.
С другой от меня стороны сидит Сенька. Подавшись порыву, он вдруг прижимается к моему боку, счастливо что-то шепчет себе под нос. Успеваю разобрать только «спасибо». Слезы выступают на глазах. Слезы счастья, конечно же. Ласково взъерошив светлые волосы братишки, я целую его макушку и шепчу в ответ о том, как сильно рада встретить с ним настоящий Новый год.
Я действительно счастлива. Рядом со мной любимые и дорогие мне люди. Конечно, еще не всех хватает за столом. Мать и отец не приехали к нам, не смотря на сердечное приглашение. Как и старшие братья. Младших отпустили с Анфисой — уже хорошо. Она говорит, что это с их стороны огромный шаг. Я знаю.
В душе умиротворение и радость. Верится, что однажды здесь появятся и остальные. Пока и на этом спасибо, я знала, что будет непросто. По итогу все не так уж и плохо. Мать передала по старинке письмо, в котором поздравила с новогодними праздниками и поблагодарила за приглашение. Отец все еще сердился, и она не рискнула пойти против его решения. Вымолила за детей, а сама осталась рядом с ним.
Анфиса украдкой разглядывает убранство нашего дома, тихонечко вздыхая. Но поймав мой взгляд, показывает незаметно для остальных большой палец вверх и подмигивает. Ей сложно. Она все еще не верит в свое счастливое будущее, и я за нее переживаю. Хочется своим счастьем делиться со всеми, чтобы всех хоть немножечко коснулось то чувство эйфории, которое меня переполняет. Для родных хочется хоть звезду с неба достать.
Дуня говорит, что у нее есть один холостой хороший мужчина с работы, они с Анфисой могут понравиться друг другу.
— Главное действовать не напролом, а то Анфиска голову в песок спрячет. Парень хороший, трудоголик только. Ну как появится дома тот, кто будет ждать его с вкусными пирогами — домой раньше бегать начнет, — приговаривала Дуня в такие наши диалоги.