– Не переживай, я сделаю всё аккуратно, – в очередной раз повернув кинжал в своей руке, заверил меня псевдомедик. – Я у себя такого сутки назад вытащила, и нормально, всё ещё жива. Но с тобой, конечно, будет похуже. От этих тварей лучше избавляться сразу, а ты запустила ситуацию, так что теперь тебя точно слегка поштормит. Давай сюда йод.
– У меня не осталось йода. Я весь вылила на лимфоузел, когда только увидела его.
Казалось, что первые несколько секунд она, смотря сквозь меня, думала, что на такое заявление ответить, как вдруг поинтересовалась:
– Что, совсем весь йод вылила? Ни капли не оставила?
– Так точно.
Она снова “зависла”, после чего коротко выдала:
– Умнó. Ты что, пыталась опоить паразита?
– Да я даже не знала, что это такое!
– Повезло тебе, что у меня йода предостаточно. Хватит и на обработку лезвия, и на обработку ран, и ещё на дезинфекцию воды останется, – с этими словами она полезла в свой рюкзак, а я во второй раз зацепилась взглядом за её перевязанное окровавленным бинтом плечо. На сей раз я решилась спросить:
– Кстати по поводу ран. Что с плечом?
– Встреча с изгнанными из Паддока, которые, очевидно, смогли найти проход в Конкур, но за прошедшие два месяца изгнания так и не нашли выхода отсюда. Пали жертвами собственной агрессии, как, кстати, и лев, – с этими словами она бросила мне две звёздочки наподобие сюрикенов. – Это из последних новостей, – она хмыкнула. – Трофей. Забери себе. Я этим оружием всё равно не воспользуюсь, а у тебя только кинжал, – в её голосе вновь проступили прохладные нотки. Я понимала их происхождение и уже хотела заговорить на эту тему, но она вдруг опередила меня. – Ты мне ответь, ты что же, кинула меня? – она посмотрела на меня с таким эмоциональным выражением лица, словно заранее не поняла моего ещё не прозвучавшего ответа.
– Я думала, что ты умерла. Было эхо, и я отчётливо услышала буквы “Д” и “К”. За полминуты до этого тебя с головой поглотили пески. Я решила, что “Д” и “К” – это о тебе: “Дикая”.
– Я тоже слышала эхо и тоже слышала буквы “Д” и “К”, которые, как ты понимаешь, также присутствуют в твоём имени, Джекки.
– В тех песках выживание казалось мне нереальным…
– Но ты ведь выжила!
– Мне повезло.
– Если повезло тебе, почему, по-твоему, не могло повезти мне? – я не знала, что ответить. Она же жаждала понять. – Ты что, не предприняла вообще ни одной попытки найти меня?
Меня осенило. Я замерла потому что… Я не ожидала от себя такого.
Спустя несколько секунд шокированного молчания я выдала не своим голосом, с широко распахнутыми глазами:
– Прости, я, кажется, действительно кинула тебя…
– Не будь дурой – тебе не идёт. Никто никого не кидал. По крайней мере не в прямом смысле этого понятия… Я лишь пытаюсь до тебя донести, что пессимизм – твой злейший враг, понятно? С опущенными крыльями не летают – только падают. Определись уже: птица ты или камень.
– Похоже, я оказалась камнем, – горько ухмыльнулась я.
– Ты меня вообще слушаешь? Что с настроем? – она пощелкала пальцами у меня перед носом. – Никакого пессимизма при мне, ясно? Не в мою смену. Благодаря твоему упаднеческому настроению мы уже однажды разделились, благодаря моему оптимизму воссоединились. Даже не думай, что я и впредь буду вытаскивать нас обоих на топливе одного только своего оптимизма – вноси и свою лепту, не будь лентяйкой.
– Мне было хреново… Да что там: я страдала от того, что тебя, в моём понимании, не стало.
– Что ж, это мило.
– Легче не стало?
– Знаешь, нет. Мне не приносят облегчения чьи-либо страдания.
– Помни об этом, когда будешь вскрывать мне руку. – В ответ на эти слова она неоднозначно ухмыльнулась. – Давай договоримся, что с этого момента будем до конца вместе, а если в конце всё дойдёт до того, что дурацкий камень выдвинет нам очередное дурацкое условие наподобие того, что якобы мы должны будем убить друг друга, мы просто не сделаем этого, а дальше будь что будет, – я выдала эту мысль на одном вдохе и практически без запятых.
Дикая сдвинула брови. Было видно, что она сама размышляла о возможности подобного развития событий.
– Хороший договор, – с этими словами она протянула мне руку.
После того, как мы с силой пожали руки, Дикая вынула лезвие из огня и начала его остужать.
– По поводу эхо… – продолжила хмуриться она. – Я только сейчас поняла, что твою гибель, скорее всего, могли бы обозначить твоим прозвищем, а не именем. Как и мою. То есть не Тринидад и Джекки, а Дикая и Отмороженная.
– Не факт. У нас единственных из обитателя Паддока сохранились личные имена. Могут и их использовать.
– Лучше бы нам этого никогда не узнать… – она тяжело вздохнула. – Итак, “Д” и “К”. Выходит, речь о Дефакто. И как мы обе сразу не подумали об этом варианте?
– На момент звучания эха нас обоих поглотили зыбучие пески. Логично, что мы подумали друг о друге.
– Ну да…
– Хотя знаешь, я ведь видела вчера, как Змееед пытался задушить Нэцкэ, и не видела рядом с ней Дефакто.
