Она долго обдумывала это обстоятельство и в итоге решила, что ей, должно быть, просто померещился интерес, проявленный к ее скромной персоне сразу двумя джентльменами. К тому времени Дункан достаточно успокоился, чтобы спросить:
– Вы слышали о нем раньше?
– Нет, а должна была?
Дункан пожал плечами:
– Старина Невилл в восторге от его приезда. Вроде бы он сын герцога.
– Значит, его сестра – самая подходящая для вас партия, – улыбнулась Сабрина.
– Вы так считаете? Мне она показалась слишком… легкомысленной. Вот видите, теперь я произнес это слово. Ее брат такого же мнения, но я, возможно, еще решу жениться на ней – назло ему.
– О боже, так вы действительно терпеть его не можете?
– Еще бы! Иначе почему у меня кулаки так и чешутся от нетерпения поближе познакомиться с его челюстью?!
Сабрина веселилась чересчур беспечно, чтобы понять причину своего замечательного настроения, крывшуюся в постоянном присутствии Дункана. Он не отходил от нее. Наполнил тарелки закусками, нашел в музыкальном салоне два свободных стула, и они мирно поужинали, а потом присоединились к игравшей в карты компании. Сабрина сочла своей обязанностью рассказать ему правила, причем оба понимали друг друга с полуслова и не дали противникам ни малейшего шанса выиграть. У девушки кружилась голова от счастья. Она давно так не смеялась.
Когда же до Сабрины дошло, что Дункану в качестве почетного гостя, в честь которого и давался бал, следовало бы уделять побольше внимания остальным присутствующим, она пренебрегла чувством долга и не указала ему на ошибку. Вероятно, на нее напал внезапный приступ эгоизма, и ничего тут не поделаешь.
Сабрина решила, что, поскольку она не питает никаких иллюзий по поводу отношения Дункана к ней, можно и побаловать себя… на этот раз. Правда, она ничуть не заблуждалась и в мотивах его внезапной симпатии к ней. Слишком часто Дункан смеялся на протяжении всего вечера, чтобы не понять: ему просто приятно ее общество. И в их отношениях нет ничего романтического. Она умеет развеселить его, развлечь. С ней легко и приятно беседовать.
Для нее эта ночь была волшебной. Самые фантастические грезы стали реальностью. Но все, даже светлые сны, имеет конец. Подошел к завершению и этот вечер в Саммерс-Глейд.
Заметив тетушку, подходившую к ним с перекинутыми через руку накидками, Сабрина повернулась к Дункану:
– Мне пора.
Он не протестовал, но лишь потому, что был уверен в их завтрашней встрече.
– В таком случае увидимся утром.
– Не выйдет, – вздохнула Сабрина, сожалея о том, что приходится объясняться с ним. Она как могла оттягивала неприятный разговор, но Дункан насупился. Жаль, что такая восхитительная ночь кончается едва ли не ссорой… – Я так удивилась, когда вы меня пригласили, что совершенно забыла о нашей гостье. Видите ли, к нам приехали из Лондона, и мне не следовало бы вообще приезжать сюда. Так не принято. Кроме того, моя гостья знает, что я не была приглашена заранее. Я не могу поступить невежливо и покинуть ее во второй раз.
– Значит, вы не хотели приезжать…
Сабрина покачала головой, давая понять, что он ошибается. Дункан наверняка и сам видит полную нелогичность подобных заявлений.
– Вздор! – воскликнула она. – Я прекрасно провела время и с радостью посетила бы ваш дом снова. Если гостья покинет нас до окончания праздника, тогда, пожалуй…
– Привозите ее с собой, – перебил он.
– Ах, Дункан, не лучше ли сначала спросить, кто именно у меня гостит…
– Если это не Офелия… – При виде ее изменившегося лица он осекся и помрачнел как туча. – Будь я проклят, – прорычал он, – с чего ей взбрело в голову явиться к вам?
Хоть это, слава богу, оказалось легко объяснить.
– Ее семья принимала нас в Лондоне, поэтому Офелия и решила, что имеет право на ответное гостеприимство.
– А бегать по ее поручениям тоже входит в обязанности хозяйки?
– Нет, это возврат старого долга, – объяснила Сабрина, не обращая внимания на его ворчливый тон. – Она взяла меня под свое крыло, можно сказать, ввела в общество, значительно облегчив мое там появление. Я не могла отказать ей в просьбе, хотя и согласилась весьма неохотно. Я чувствовала себя обязанной Офелии, но зато теперь нас ничто не связывает.
– В таком случае не обращайте на нее внимания или снова оставьте с теткой, как сегодня.
– Неужели вы думаете, что я способна на такую грубость?
Дункан долго молчал, прежде чем вздохнуть:
– Нет, конечно, нет. И я отпущу вас, чтобы не посчитали меня избалованным ребенком, закатывающим истерики, когда не получает желаемого!
– Что вы, ни за что на свете! – рассмеялась Сабрина. – Разве что шотландским дикарем…
– Вот и идите себе, – парировал он с ухмылкой.
– Может, мы снова встретимся как-нибудь во время прогулки, – пообещала она на прощание.
– Особенно если вы в ближайшее время отделаетесь от этой назойливой особы.
Дункан проводил их с теткой до выхода и подождал, пока дворецкий усадит их в карету. Экипаж отъехал, и Ричард позволил себе вольность заметить:
– Милая девушка наша мисс Сабрина.
– Наша? Вы давно ее знаете?
– Да, она почти всю жизнь прожила здесь.
