Музыка и женский смех становятся громче, и я замечаю развалившегося на шезлонге отца в окружении «моделей» в крошечных купальниках. После того, как отец бросил мать, он решил, что договорные отношения с проститутками – лучшее, чего может пожелать состоятельный хер вроде него.
- Здравствуй, отец, - останавливаюсь в паре метров, замечая, как двое охранников в тёмных костюмах тоже подходят ближе. Цепные псы готовы защитить его от кого угодно. Папаша очень печётся о своей безопасности и подозревает абсолютно всех, даже собственного сына.
- Спокойно, парни, - отец лениво машет своим охранникам, и те отступают на полметра назад. – Никита, рад тебя видеть. Решил почтить старика своим визитом?
- Типа того, - хмыкаю, бросая взгляд на плещущихся в бассейне шалав.
- Можешь развлечься с любой, - отец замечает мой быстрый взгляд. – Выбирай, кто приглянётся.
Меня аж передёргивает от его предложения.
- Дырки, в которых побывал твой хер меня не интересуют, - жёстко отрезаю, даже не стараясь скрыть на лице омерзение.
- Тебя интересуют только те дырки, в которые вы с другом можете одновременно засадить, правда? – отец неприятно усмехается.
- Не твоё дело!
Депутат Громов приподнимается на локтях, полы банного халата слегка распахиваются, обнажая его дряблую бледную грудь. Он заинтересованно смотрит мне через плечо, и хитро прищуривается.
- Смотрю, ты со своей шалавой на мою вечеринку пришёл. Интересно… Или ты её мне в подарок приволок, а? Люблю близняшек трахать! – он смачно щёлкает языком. – Эй, Алиска! – кричит отец в сторону бассейна. – Тащи сюда свою жопку, поздоровайся с сестрой!
Одна из девушек, сидящих к нам спиной, внезапно приподнимается и оборачивается. Она выходит из бассейна. Капли воды стекают по её идеальным формам. Девушка откидывает в сторону длинные каштановые волосы и с невозмутимым видом направляется в нашу сторону.
Смотрю на неё во все глаза… Охренеть просто! Сестра Лизы, и правда, похожа на неё как две капли воды! Те же невинные черты, слегка вздёрнутый носик, точёные скулы и высокая грудь. Вот только взгляд очень отличается от взгляда её сестры… В глазах Алисы читается вызов. Так смотрят только хищные, высокомерные и опытные шлюхи!
Она спокойно глядит мне прямо в глаза, улыбается уголками губ и, призывно виляя бёдрами, подходит к отцу. Пробегается тонкими пальцами по его седеющим волосам переводит на меня свой кошачий взгляд.
- Привет, Ник, - голос до боли напоминает голос моей Лизы. – Я скучала, здоровяк…
- Ты, сука, с моим сыном не флиртуй, это не он тебе зарплату платит, - отец смачно шлёпает её по заднице и тянет за руку, заставляя её сесть ему на колени.
Алиса покорно исполняет всё, что от неё требуется. Садится на колени к отцу, и тот тут же запускает руку под лиф её купальника, бесцеремонно сжимая сиськи.
- Ты можешь хотя бы не делать этого при мне? – морщусь.
- А что, ревнуешь? – усмехается он.
Я закатываю глаза. Сколько помню его, он всегда был таким. Прожжённым циником, ни в грош не уважающим женщин… Он и меня приучил к подобному отношению. До встречи с Лизой я всех баб шлюхами считал. Даже нормальные отношения построить ни с кем не мог. Только секс без обязательств. Спасибо папашиному воспитанию!
- Поговорить надо, - бросаю ему, пряча руки в карманы джинсов. – Наедине.
- Смотри-ка, какой деловой стал! – усмехается отец, но Алиску, всё же, тискать перестаёт. – Сколько я тебе названивал, просил приехать? А тебе похер было! Зато теперь, как прижало, так припёрся?
- Закончил? – хмуро спрашиваю. – Тогда пошли в дом. Разговор будет не при шлюхах!
- Ладно, Ник, - вздыхает отец, и снова смотрит в сторону Лизы и Арса. – Давай поговорим. Как отец с сыном, идёт?
- Идёт, - свирепо цежу сквозь зубы и отворачиваюсь от него, направляясь в сторону дома.
Во чтобы-то ни стало мне нужно решить эту проблему. Обезопасить Лизу и выяснить, зачем отец решил меня подставить!
Глава 57
- Выпьешь со мной? – отец проходит к мини-бару в углу своего кабинета и достаёт свой любимый вискарь.
Нажраться сейчас охренеть как хочется, но я понимаю, что этот разговор лучше вести на трезвую.
- Нет, - отрицательно мотаю головой, продолжая стоять в дверях.
- Ну ладно, как хочешь, - пожимает плечами он. – Садись, - жестом показывает на тёмно-коричневое кожаное кресло. – Что стоишь как неродной?
- Был бы я тебе неродным, это бы многое объяснило, - вздыхаю, садясь в кресло.
- Вон как заговорил? Не рад, что признал тебя тогда? Фамилию свою дал? - отец тоже опускается за стол. Греет в руках своё пойло, а потом делает большой глоток. – Родной ты мне, Никита, родной. Знаю наверняка. Доказано несколькими лабораториями. Ну чё скис, а? Ты же не думаешь, что я твоей шлюхе-матери на слово поверил?
- Не думаю, - цежу сквозь зубы.
