Марина — суперагент. Она должна побеждать любой ценой. Это ее жизненный принцип. И она побеждает. Она дикарка, варварка, для выполнения задания использует любые средства. Задание непростое. В сибирском суверенном государстве пропал агент Тимофей Сабашников. Ему необходимо было проследить связи одного из политиков члена Думы, известного под кличкой Цезарь. Тот собирался играть свою партию, совершенно противоречащую общему курсу тамошнего президента. Марине предстоит классическая ситуация «неизвестного маршрута»...
Тишина вокруг стояла самая безмятежная, прозрачная и неподвижная, а зеленый лес выглядел таким изначальным, что казалось, будто никакой цивилизации на планете не существует вовсе, и нет никакого летоисчисления, и время течет само по себе, как дикая река, не измеренное ничем, никем и никак. На этой поляне не было ничего, даже две тысячи сорокового года новой эры. И потому олень стоял, посередине так же спокойно, как его далекие предки сто тысяч лет назад, когда время и впрямь текло неизмеренным.
Он жил здесь давно, прекрасно знал свою территорию, и потому не встревожился, остался на месте, когда в дальнем конце поляны показался бегущий человек. Олень прекрасно знал таких бегунов и часто их тут встречал. Всегда одинаковых — людей в яркой и легкой одежде, целеустремленно бегущих по какимто своим маршрутам. Все они жили гдето поблизости, никогда на оленя не охотились и ничем ему не мешали.
И все же он, управляемый древними инстинктами, напрягся, как натянутая тетива, готовый в любой миг сорваться с места. Человеческое существо остановилось метрах в пятидесяти от оленя — девушка в легких синих шортах и белой майке с темными пятнами пота. Длинные темные волосы взметнулись в последний раз и упали ей на плечи.
Чтото в ней неправильно, отметил олень. Он понимал, в чем тут отличие, но внятно сформулировать не мог.
У нее были другие ноги — так отметил олень. А человек попросту сказал бы, что девушка бегает босиком и, похоже, не испытывает от этого ни малейшего неудобства.
Глаза встретились огромные светлокарие оленьи и синие человеческие. Стояла полная тишина, оба существа замерли неподвижно, разделенные полусотней метров сочной зеленой травы с какимито цветами и тихо зудящими — насекомыми.
Потом девушка усмехнулась и негромко сказала, не меняя позы:
— Твое счастье, Бемби, что мне не хочется жрать…
Олень человеческой речи, конечно, не понимал. Мало того, в голосе не звучало угрозы. И, тем не менее, огромный рогатый зверь вдруг ощутил растущее беспокойство. От человеческого безоружного существа явственно веяло чемто опасным, древним, тем самым, что заставляло предков зверя уноситься со всех ног. Девушка была точной копией всех остальных людей из Большой Белой Скалы, но от нее, словно тяжелым и резким запахом пожарища, веяло иным…
Олень полагался на инстинкты. Он осторожно переступил с ноги на ногу, бесшумно повернулся — и внезапно метнулся в чащу, закинув на спину рога, убыстряя бег, подгоняемый беспокойством. Его преследовало непонятное человеку ощущения угрозы.
Девушка фыркнула и побежала дальше, размеренно и умело, прижимая локти к бокам, грамотно выдыхая в ритме бега. Повернула направо, оказалась на утоптанной тропинке, метров двести пробежав по ней, помчалась уже на асфальтированной дорожке. Понемногу начиналась цивилизация — все больше асфальта, появились фонари на высоких, изящно выгнутых белых столбах, слева сквозь деревья виднелась автострада. Вокруг не было ни души, но это отнюдь не означало, что за территорией не наблюдают. На самом деле все многочисленные датчики и камеры работали исправно. Любого постороннего, занесенного ветром странствий и приключений в этот уютный уголок, моментально бы засекли, вывели на экраны, запечатлели, идентифицировали при возможности и загрузили в память компьютера, который его создатели умышленно наделили параноидальной подозрительностью. И компьютер не успокоился бы, пока не установил, кто именно пересек невидимые и неощутимые барьеры.
Девушки то, разумеется, не касалось, Система ее моментально опознала, удовлетворенно мигнула зеленым огоньком и послала в ежедневную память соответствующее сообщение.
А дальше показалась Большая Белая Скала, как определял это олень — обширное трехэтажное здание казенного вида. Большой щит на белоснежных стойках возвещал, что именно здесь располагается Федеральный центр активного психологического содействия. Так теперь в целях благозвучности именовались психиатрические больницы.
