Новый лорд, тот, на чьих знаменах вьются чёрные василиски! Крылья твои накрыли тенью смуты долины Ланиссии. Но ты слишком жаден, слишком самоуверен. Мало тебе той власти, что уже есть у тебя? Зачем ты пришел к нам? Зачем нарушил покой Священных Лесов? Учинил разгром, пленил моих людей? Считаешь, среди нашего мирного народа не найдется никого, кто сумеет тебе ответить? Ошибаешься! У илсази есть я! Берегись, ибо ты не знаешь, что за силу ты пробудил!
Прохладным зимним утром по дороге, ведущей в Гринь, столицу Гарина, шла девушка лет семнадцати. Корзинка её была наполнена кореньями, целебными травами и прочими снадобьями, которые умели готовить только илсази. Да и сама она, по всей видимости, принадлежала к лесному народу: невысокого роста, с темно-каштановыми волосами, несколько прядей которых были заплетены в косы, украшенные перьями, лентами и яркими бусинами. На путнице был илари — традиционный для её соплеменников жилет, выкроенный из горизонтальных полос разноцветной плотной кожи, но в остальном её наряд более приличествовал бы ланиссийскому пареньку, а не юной деве с брегов Лали: зелёная рубаха до середины бедра, шерстяные штаны и сапоги на жёсткой подошве.
Девушка мурлыкала что-то себе под нос, разглядывая корявые ветви серых великанов, стерегущих эти земли не одну сотню лет. Илсази знала здесь каждый кустик, поэтому и безлистые исполины, отбрасывающие причудливые тени, совсем не пугали её, а казались скорее добрыми друзьями, приветливо машущими ей вслед.
Внезапно подул резкий ветер, небо, проглядывавшее над дорогой, заволокло тучами, а птицы, потревоженные сменой погоды, проснулись и загалдели.
«Словно из лесу выпускать не хотят», — подумала путница, однако останавливаться или замедлять шаг не стала. Вскоре она выбралась к полям, тянущимся до самого горизонта, и, преодолев мост через Андил, оказалась в Гарине, одной из провинций Ланиссии.
Часа через три девушка достигла своей цели: Гринь представляла собой небольшой городок, вместо крепостной стены огороженный невысоким, в шесть-семь локтей частоколом, внутри которого располагались десятка три кривых улочек, облепленных ветхими постройками. Сердцем столицы Гарина был замок лорда, на площади перед которым обычно собирались местные торговцы. Туда-то лесная гостья и направилась. Но не успела илсази обустроиться, как перед ней возникла обеспокоенная пожилая женщина:
— Уходи, дочка, восвояси, — проговорила старуха негромко, — не время тебе здесь гулять!
— Что случилось, бабушка?
— Поменялось всё тут, — продолжала та, — не место здесь честным людям. Скоро стражники придут, тебе тогда не поздоровится. Они ваших ох как не любят, говорят, магам да колдунам всяким в городе не место.
— Так я же не колдунья!
— Они смотреть на это не будут — уведут, если прямо на базаре не зарубят.
В подтверждение её слов на площади появились двое крепких молодцев в накидках с чёрным василиском, которые, окрикнув илсази, тут же направились в её сторону. Девушка бросила корзину и с ловкостью кошки взобралась на невысокую крышу ближайшего дома.
«Только бы скрыться из виду, — думала она, перебираясь на соседнее здание, — тогда я смогу перевоплотиться, и они меня уже не найдут».
Однако отделаться от преследователей ей так и не удалось. Сзади послышалась брань, а после оттуда же полетели и яблоки, одно из которых угодило девушке в висок, и она свалилась наземь.
— Вроде живая, — склонившись над ней, заключил один из стражников.
— Ну и что? Всё равно лорд потребует прикончить, — заметил другой, — он давно собирался кого-нибудь из дикарей на мосту через Андил повесить, чтобы им неповадно было на нашу сторону перебираться.
— Да жалко как-то, — бросив взгляд на бездыханное тело, сказал первый. — Девчонка вроде ничего, хоть и выглядит странновато.
— Смотрю, Эрим, она тебе понравилась, так забирай!
— Вот ещё! Буду я со зверушками лесными связываться! Лучше отдадим её этому злобному заговорщику, которому Тео давеча так и не сумел объяснить, что последнее желание должно быть разумным.
— Правильно, может, он хоть немного успокоится. А то, боюсь, как бы и вправду к нам демоны не явились после того, как он их призывал на том своём жутком языке.
Очнулась илсази на куче соломы в темном сыром помещении с каменными стенами. Было очень холодно, к тому же, сильно болела голова.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил кто-то из дальнего угла.
— Кажется, жива, — пробормотала илсази, пытаясь рассмотреть незнакомца. — А ты кто такой?
— Алексим Виго, — представился тот, — можно просто Алекс. Тебя-то как зовут?
— Лесо Мия.
— Если я не ошибаюсь, это как-то переводится?
— Угу, Чёрная Кошка, — сказала девушка без особого энтузиазма и принялась разглядывать серые, едва различимые во мраке стены. — Ты можешь объяснить, где это мы находимся?
— В темнице у Гайента, местного правителя, сеющего смуту на землях Ланиссии, — ответил Виго. — Я здесь за то, что был верен короне и не присягнул самозванцу. А тебя… тебя мне подарили.
— Как это? — удивилась Мия.
— Ну, в качестве последнего желания перед казнью, — пояснил собеседник. — Я, правда, заказывал голову лорда или возможность честно с ним сразиться, но стражники, видимо, решили меня по-другому порадовать.
— А меня вот совсем не радует, что я попала в этот подвал для того, чтобы стать игрушкой приговорённого.
