"He хочешь быть проданной с торгов, как очень редкая диковинная зверушка — молчи о том, кто ты." С этого напутствия началось моё пребывание в реальности, где миром правят… варвары. Я здесь — представительница больше не существующего народа, некогда принёсшего себя в жертву Тёмным Богам. Которые теперь зачем-то охотятся за мной. А ещё меня невзлюбил местный принц. А я — его. Кстати, принц и не подозревает, что я — девушка. Вот будет сюрприз для отпрыска хана ханов! Но для меня главное продержаться до момента, когда смогу вернуться домой. Только вот настораживает: почему все смотрят на меня с таким напряжённым ожиданием?
— Не отходи далеко, вишенка!
Голос матери — беспечный. Одёрнула она меня скорее по-привычке, чем из-за настоящей тревоги. На самом деле, что со мной может случиться в этой глуши?
— Или что? — ворчливо отозвалась я. — Есть опасность встретить человека? И не называй меня «вишенка»…
— Ушла бы с солнца, когда тебе сказали — не стала бы «вишенкой», и никто бы тебя так не называл, — вмешался в разговор отец.
— А чем здесь ещё заниматься? — фыркнула я. — Wi-Fi не ловит, связи нет… Даже фотки в Instagram не выставишь!
— Вот она — золотая молодёжь, наша надежда на будущее, — покачал головой отец. — Скоро и есть перестанут, если не смогут выставить еду в соц-сети.
— То, что ели мы, и не выставила бы, — буркнула я.
— Не понравилось — вот и хорошо, может, хотя бы похудеешь! — подмигнул отец.
Он шутит. На самом деле все в моём семействе удивляются, как с таким «дистрофическим» весом я дожила до тринадцати лет. Но моё настроение к шуткам не располагает.
— Хорошо. Буду есть всё подряд, заработаю диарею — может, тогда отсюда уберёмся!
— Вот невыносимое созданье! — вздохнул отец.
— Какое воспитал, — мать шутливо подтолкнула его локтем, и он, рассмеявшись, наклонился её поцеловать.
Этого мои нервы уже не выдержали — закатив глаза, я решительно направилась к ближайшим кустам. Нет, я очень горжусь родителями. Половина учеников в нашем классе — жертвы развода. А мои спустя столько лет семейной жизни до сих пор ведут себя, как подростки. Но зависнуть с ними невесть где в фургончике без надежды выбраться к цивилизации в ближайшую неделю — это уже слишком.
Вообще, я мечтала побывать в Австралии. Сидней, пляжи, Большой Барьерный риф… А вместо этого попала в Китай! С рюкзаком за плечами и родителями, которые в годовщину свадьбы вдруг решили вспомнить студенческие годы и путешествия «автостопом». И ладно бы «автостопили» по городам, на ночь останавливались в отелях и ужинали в ресторанах. Так нет, их потянуло «на природу» — в глушь, где не то, что отели и рестораны, а уже удача, если за походом в кустики не подглядывает какой-нибудь гиббон или пищуха!
Родители заманили меня в путешествие перспективой улучшить знания китайского. Я занималась языком с шести лет, и моя репетитор Дэйю уверяла, что после поездки в Поднебесную я заговорю на китайском не хуже неё. Воспитанная отцом-перфекционистом в лучших традициях стремления к совершенству, я, конечно, повелась. Но спустя несколько дней после начала «путешествия», поняла, насколько ошиблась. До сих пор моими единственными «собеседниками» были подвозившие нас случайные попутчики, владельцы сомнительных хостелов и обезьяны. А когда мы добрались в провинцию Чжэцзян, и родители сняли фургончик, чтобы провести день-другой на берегу «потрясающе красивого озера», я поняла истинное значение слова «дебри»…
— Не отходи далеко, вишенка! — тонким голоском пропищал мне вслед отец, передразнивая мать.
— Если встречу тигра, оседлаю и ускачу отсюда на его спине, — съязвила я.
Отец расхохотался.
— Не забывай, тигры — животные, охраняемые законом.
— Я отпущу его раньше, чем меня увидят свидетели, — хмыкнула я и исчезла в кустах.
Отношения с родителями у меня скорее приятельские. Со мной никогда не обращались как с ребёнком, с детства многое позволяли, но и спрашивали почти, как со взрослой. Отец — успешный адвокат в Питере, возведший силу слова в культ. Мама — архитектор с неуёмным стремлением к прекрасному. И фетиши обоих воплотились во мне — единственном горячо любимом чаде. Меня с детства учили никогда не сдавать позиций в споре, оставлять за собой последнее слово, кем бы ни был оппонент, и таскали на пение-рисование-танцы до тех пор, пока я не остановила выбор на балете и не заняла первое место в соревновании среди балетных школ России, исполнив вариацию, в которой классический балет сочетался с акробатикой.
Кстати, акробатические навыки пригодились и сейчас. Местность вокруг озера — холмистая, и я попыталась забраться повыше, чтобы сфотографировать одно необычное явление, единственное по-настоящему впечатлившее меня в этой глуши — комету, висевшую в небе со вчерашнего вечера. Днём её не было видно, но как только стемнеет, продолговатая вспышка голубого света наверняка появится вновь. Будь она красной, точно бы решила, что предвещает появление драконов или возрождение Азора Ахая[1]! Хихикнув собственному остроумию, я выудила из кармана шорт андроид. Смеркалось, и комета уже была видна — даже лучше, чем вчера, но ветви деревьев всё же мешали идеальному снимку. Раздражённо фыркнув, я вскарабкалась выше — на покрытый мхом валун. Но тут совсем рядом с ветки шумно вспорхнула птица, я отшатнулась, секунды две балансировала на валуне, пытаясь восстановить равновесие… но, словно кто-то невидимый слегка подтолкнул в спину, и я покатилась вниз по склону — оказалось, за валуном был обрыв.