— Где-то в саду. С ней Том Ашбурн. Кажется, он в самом деле ею увлечен, но она не глядит в его сторону. Ей нужен только Гленкирк, а я думаю, что с Томом она будет счастливее. Он мягкий, забавный и предан ей.
— А что с Гленкирком? Расскажи мне о нем. — Скай расположилась на стуле с низкой спинкой подле дочери.
— Я немного знала его мать, — ответила Велвет. — После тебя, мама, это была самая красивая женщина. Волосы цвета темного меда и зеленые, как листья, глаза. Она старше меня лет на одиннадцать. Как и я, она была обручена с колыбели, и ее насильно повели к алтарю, потому что ей, как и мне, не хотелось выходить замуж за суженого — Патрика Лесли.
— Она не любила его? — поинтересовалась Скай.
— Да, мама. К несчастью, в дело вмешался король, что привело к печальным для всех последствиям. После свадьбы она влюбилась в кузена Алекса и короля Фрэнсиса Стюарта-Хэлберна, графа Ботвелла. Король выслал из Шотландии Ботвелла, и теперь они с детьми живут в Италии. Ее сын — Яков Лесли — теперешний граф Гленкирк. Он женился на кузине Алекса Изабелле Гордон. У них родились двое сыновей. Пять лет назад Беллу, беременную третьим ребенком, вызвали в соседний монастырь, где была монахиней ее двоюродная сестра. Пока она там гостила, на монастырь напала толпа религиозных фанатиков, неделями наводившая страх на всю округу и грозящая расправиться со Старой Церковью. Безжалостные ко всему, они подожгли монастырь. В монастыре с Беллой гостили оба ее сына. Все они погибли в пожаре. Саму Беллу нашли в обгоревшем дворе, оскверненную и растерзанную на части. Рядом с ней — тела всех монахинь. Младшую сначала изнасиловали, а потом прибили к кресту. Эта ужасная жестокость потрясла всех. Даже сторонники Новой Церкви были возмущены. Хуже всего, что после преступления злодеи исчезли навсегда и не были наказаны. Ты можешь представить, в каком состоянии был Лесли. Неделями он с людьми из своего клана скакал по горам, но так и не нашел преступников, убивших его семью и совершивших другие гнусные дела. Как будто земля раскрылась и поглотила их. Если бы Лесли удалось свершить свою месть, может быть, это помогло бы очистить его душу от мрака. Я познакомилась с ним в свой первый приезд в Дан-Брок. Они с Беллой были нашими ближайшими соседями. После того как погибла его семья, Лесли из мягкого человека с утонченным чувством юмора превратился в холодное, жестокое существо. Я едва узнала его, но не могла осуждать.
— Он так и не женился вновь, — задумчиво произнесла Скай.
— Нет. Родственники умоляли его взять новую жену, но он этого не сделал. Два брата так и не смогли его убедить. Когда Яков стал королем Англии, Гленкирк последовал за ним на юг. Он никогда бы так не поступил, если бы была жива его семья. А теперь он служит королю в качестве неофициального министра по делам торговли со странами Нового Света и Востока. Мне говорили, что он занят только работой. Вот и вся его жизнь.
— Так какого дьявола эта глупышка Сибилла хочет его? — спросила раздраженно Скай. — Вряд ли такой жених может показаться ей заманчивым.
— Сибилла еще совсем ребенком была с нами в его замке, — объяснила Велвет. — Лесли был с ней особенно добр, потому что своих девочек у него не было, а он страстно желал дочь. Она влюбилась в него, кажется, в четыре года, и думает, что, если он увидит ее взрослой, то тоже полюбит. Она хочет облегчить его страдания и сделать снова счастливым. Она так надеется, мама, и упрашивает отца начать переговоры, а Алексу, честно говоря, по душе мысль выдать дочь замуж за Гленкирка. Он ее так любит и рассчитывает, что замужем за Лесли она не будет для него потеряна, так как, женившись, граф скорее всего возвратится к себе в Гленкирк.
— А что ты думаешь сама, Велвет? — Скай проницательно посмотрела на дочь. — Не теряют ли Алекс с Сибби времени понапрасну?
Обдумывая вопрос, Велвет наморщила брови, прикусила нижнюю губу и наконец ответила:
— Не знаю, мама. Мы ведь видели, как любви покоряются худшие несчастья. Но Лесли живет со своим горем уже пять лет и с каждым годом становится не мягче, а все ожесточеннее. — Она пожала плечами. — Может быть, Сибилла и сумеет его завоевать.
Скай понимающе кивнула:
— Надеюсь, девчонка не разочаруется. Она хоть груба и несносна с моей дорогой Жасмин, но я не желаю ей никакого зла.
— Мама, — упрекнула с улыбкой ее дочь, — ты носишься с Жасмин, как ни с одним из внуков.
— Да, — ворчливо признала госпожа де Мариско. — Я ее люблю и не отрицаю этого, чтобы угодить кому-нибудь! — Она ухмыльнулась. — И Адам души в ней не чает, почти как в тебе. Он восхищен ее рассказами о детских шалостях. Ты знаешь, что отец брал ее на охоту на тигра, когда ей было только три года? А в пять она научилась стрелять из мушкета и лука! А как Адам смеется над ее голубым, с золотистыми перьями попугаем! Он так похож на человека, когда говорит. Он научился подражать моему голосу и сводит Дейзи с ума: она никак не может понять, кто ее зовет — я или эта несносная птица!
