— Так будет всегда, — понимающе произнесла Эйприл, и огляделась по сторонам, — если конечно ты все-таки не желаешь вспыхнуть у них над головами… На повороте, спрыгнем! — сказала она, когда кеб огибал широкую площадь, усыпанную торговыми лавками и толпами людей.
— Даже не верится, что я побываю в Окраине, — задумчиво сказал Дикен, соскакивая с запяток. — Помню как-то давно, еще до твоего переезда, мы с Тофером задумали наведаться туда, но в итоге все сорвалось… Появился Винсент, залил в уши Тоферу будто стоит только появится на главном мосту, на незнакомца тут же налетают местные и просят денег за проход в Окраину, — сумбурно вспоминал Дикен, отгоняя от себя дурные мысли, — а если не платишь, то… летишь с моста!
— Бред какой-то, — фыркнула Эйприл. — Значит за тринадцать лет, которые ты живешь в маленьком Дафиэлде, ты ни разу не был в самом мрачном и бедном районе? Ну ты даешь…
— Ни в Окраине, ни на мысе… Но очень много слышал о них.
— Скорее всего, половина из всех историй про Окраину — правда, поэтому не отходи от меня ни на шаг. Новеньких там действительно не особо приветствуют, — сказала Эйприл, пробираясь через толпы бездумных прохожих.
На фоне всей этой суеты, которая с высоты птичьего полета наверняка напоминала муравейник, выделялась одна единственная дорога. И то, выделялась только потому, что была совершенно пуста и неприметна, несмотря на то, что брала свое начало от самого населенного центра города. Лишь изредка туда могла проскакать пара гнедых, запряженная в товарную телегу или небогатого вида экипаж. Это как у людей — можешь провести с человеком весь день бок о бок, а спросят — в чем он был одет, сразу и не вспомнишь. Так и здесь — каждый день мимо этой дороги проходит сотня, а может и тысяча человек, но никто ее не замечает.
Именно к ней направлялись друзья. И стоило им только ступить на этот путь, как городской шум заметно утих, все вокруг стало привычно спокойным и тихим. Однако в этом умиротворении таилось нечто загадочное и мрачное. Эйприл постоянно вглядывалась в знакомую туманную даль. Дикен, растирая покрасневший от холода нос, с интересом озирался по сторонам. Вся эта серость и маленькие покосившиеся дома странным образом влекли его. Друзья словно поменялись местами: она шла впереди и вела друга за собой, а Дикен беспрекословно с интересом следовал по пятам, полностью доверяясь ей.
Вскоре они достигли моста. Того, который условно отделял Окраину от самого города, и с которого, по слухам Дикена, его должны были сбросить. Он был не длинным, но высоким, так что с него открывалась вся панорама бедных улочек и домов, не удостоенных внимания Дафиэлда.
— Ну, Дикен, добро пожаловать! — с грустным вздохом сказала Эйприл. Она поняла, что не хотела сюда возвращаться, не хотела снова оказаться на этом мосту. Ей нравилась ее жизнь сейчас, с Дикеном и чердаком.
— Брось, Эйп! Теперь все по-другому… Тем более мы здесь по делу. У нас есть цель, у нас есть интерес, мы не зря забрались так далеко. Вперед! — после этих слов, они смело пошли вниз по мосту.
Жизнь здесь существенно отличалась от жизни в городе. Пусть район был бедный и обделенный вниманием городских, но все казалось таким своим и знакомым. Узкие тесные улицы, старые маленькие дома, побитые телеги и пьяные моряки с порта… Но все друг друга знали. По грязным дорожкам бегала местная шпана, оставляя за собой только брызги луж. Эйприл взглядом искала знакомых мальчишек, а Дикен не переставал восхищаться каждым дюймом здешних мест. Его странным образом привлекала эта теснота и замкнутость. Вся Окраина была как его рабочий стол: всегда захламленный, в постоянном бардаке, под которым обязательно можно было отыскать что-то стоящее.
Когда мимо них пробегала очередная толпа ребят, Эйприл схватила одного из мальчишек за руку:
— Хью! Эй, Хью, стой! — чумазый худощавый мальчонка, лет десяти, в старом перешитом пальто и большой шляпе не сразу узнал в ней местную. Несмотря ни на что, на его лице блуждала беззаботность и радость. — Монти или Тома видел?
— Эйприл?! — удивился он. — Они там же где и всегда…
Ни секунды не сомневаясь, Эйприл уверенным шагом направилась вдоль узких улиц, периодически сворачивая в тесные дворы и пробираясь по скрытым тропинкам куда-то вглубь. Дикен, сам того не желая, пытался уплестись за кем-то, с интересом засмотревшись в сторону. Практически на каждом шагу он обнаруживал для себя что-то новое, но, собирая всю свою волю в кулак, старался не отставать. Эйприл была словно мама, которая всеми силами оттаскивала свое чадо от витрины с игрушками.
Вскоре она замедлила шаг. Они начали осторожно подбираться к густому высокому кустарнику. Он был настолько густой, что не было даже видно, что за ним.
— Похоже на орешник, — начал Дикен, потянув за веточку, но, обернувшись, никого не обнаружил. — Эйприл? — прошептал он, но ответа не было. — Эйп… Эйприл! — эй… Я здесь! — прошептал кто-то снизу. — Давай за мной.
