Внезапно из него вылетел экипаж, запряженный двумя лошадьми. Дикену и Эйприл хватило одного взгляда, чтобы понять друг друга и они выжали последние силы, догоняя повозку. Еще секунды и они, глубоко дыша, повисли на поручнях, с нескрываемой улыбкой оборачиваясь назад. Чак остался стоять на дороге, яростно глядя на удаляющуюся карету.
Еще не успев отдышаться, друзья захохотали. Эйприл прижимала рукой к телу трость, а в правом кулаке Дикена был зажат выигрыш — кисет и ключ от задней двери портовой булочной.
Этот день был странен своими обычностями и крайне обычен своими странностями. Впереди Дафиэлду предстояло пережить сезон дождей, хотя и длился этот сезон обычно всего пару недель. Люди быстро привыкают к теплу и ждут от лета вечного солнца, такого, чтоб лишь приятно согревало, и начинают жаловаться и ныть, если вдруг наступает зной или дожди. Это был последний солнечный день перед предстоящими ливнями.
Утро двух лучших друзей началось, как и обычно, с посещения редакции. Привыкнув, они поняли: раздавать газеты не такая уж сложная работа, поэтому большую часть времени Дикен и Эйприл тратили на свои дела. Этот день не стал исключением и уже к полудню они направились по адресу, который был указан в объявлении о потере трости. Им хотелось как можно быстрее избавиться от нее и от той истории, что произошла накануне. Хотя Эйприл до сих пор пребывала в восторге от произошедшего. Она неустанно цитировала Чака и его друзей, при этом вспоминая и изображая лица всей этой компании с портового района, в тот момент, когда она выбила окно последним камнем. Дикен вел себя сдержанно, всем видом давая понять, что это еще не самое интересное, что может с ними случиться.
Дом, возле которого они остановились, был таким же старым и одновременно ухоженным, как и сама трость. Располагался он в восточном районе, в противоположной стороне города. Там, не доходя до больших хрупких многоквартирных домов, в отдельном переулке шел ряд частных владений. Одним из них и был дом некоего уважаемого джентльмена. Стены из больших кусков гранита придавали ему особое холодное спокойствие. Ничего лишнего. Судя по дому, и по тому, с какой срочностью требовалось вернуть примитивную трость за большое вознаграждение, здесь жил человек в возрасте и чтивший традиции.
На стук в дверь никто не открывал. Видимо, в доме было пусто. Еще несколько минут друзья покрутились возле участка и, никого не дождавшись, направились обратно в центр, отложив свое вознаграждение до завтра.
Под конец дня, как и обычно, все копии «Дафиэлдс Инстанс» были распроданы и Дикен с Эйприл стояли в кабинете главного финансового учредителя редакции:
— В этот раз только тридцать семь гвенов у меня, сэр, и тридцать пять у Эйприл, — оправдывался Дикен, высыпая звенящие монеты из карманов. — Конец недели, людям не до чтения, понимаете, сэр!
— Понимаете, — медленно произнес мужчина, натянув на нос пенсне и водя пальцем по листу бумаги. — Так… Вы у нас — Дорф, если не ошибаюсь… М-да, вчера было лучше! А эта молодая леди… Эйприл вы сказали?.. Вот, Вудуорт? Ага, — все слова он задумчиво протягивал, словно в голове его блуждали совсем иные мысли, — ну у вас не хуже и не лучше мисс. Что ж, надеюсь, вы не глупые, и смогли заработать себе в карман, в ином случае, могу только поблагодарить за безвозмездную работу.
— Да, мистер Арчер нас предупредил, что наши деньги зависят только от нас.
Откланявшись, друзья довольные пошли в сторону своих домов. Заговорив о трости, с которой Дикен гордо расхаживал весь день, Эйприл вдруг вспомнила, что они совсем забыли заглянуть в сегодняшние объявления. Дикен ее успокоил: ничего нового в объявлениях не было, кроме нагрудных именных часов, которые исчезли от рук карманников. Он вычитал о ней сегодня после обеда, пока Эйприл разбиралась со своей трубкой. Так же в наличии (а точнее в отсутствии) имелся летний дамский зонтик. Хозяйка оставила его в городском парке, очевидно за ненадобностью сложив рядом и укрывшись в тени густых деревьев. Парк тот был раскинут прямо за домами ребят. Он брал начало от улицы Первых дубов и тянулся аж до самой лечебницы. Летом там гуляло много людей, так что вероятность обнаружить зонтик на своем прежнем месте была ничтожно мала, а скорее нулевая.
Из-за ворот школьного сада раздавались знакомые голоса. Тофер и его приятели весело проводили время: в тот момент, когда Эйприл и Дикен зашли в сад, Винсент демонстрировал всем стойку на голове, а Тофер спустя мгновение пинком повалил того на спину. На бревне молча сидели трое ребят. Одним из них был Уил, а остальных Дикен знал только в лицо — они приходили с соседней улицы. Рядом стояла недопитая бутылка эля. Каждый из них по очереди лакал из нее.
— Эй, Дикки, дружище! — крикнул Лим, завидев двух друзей и прищуривая блестящие глаза. — Как насчет слабенького эля? Мне удалось достать пару бутылочек… И… Что это, трость? — он удивленно уставился на странную вещь в руках Дикена, но, погодя секунду, осекся. — Кстати, когда успели познакомиться с Чокнутым?
