— Очень смешно. Нет! Но что я говорил тебе про «паутину» и факты? Эйп, нельзя же так не верить в то, что делаешь. Да, это маленькие и, возможно, ненужные вещи, но все же лучше, чем ничего, — убеждал Дикен. — Главное в нашем деле — собрать все факты в одну беспорядочную кучу, а потом уже расставлять все по местам. А теперь, отойдем в сторону, и… Черт! Я совсем забыл про владельца клуба. Это ведь он снимал голубя с утра…
— А я тебе о чем. Его следов на этом месте должно быть даже больше, чем самого убийцы, — Эйприл глядела на растоптанное грязевое месиво под местом расправы. — Что будем делать?
— Я думаю… — Дикен всерьез расстроился. Он стоял в паре шагов от кровавых разводов на заборе, и, уставившись в одну точку, сосредоточенно думал. Затем, резко убрав мокрые волосы со лба, заговорил. — Можем замерить высоту от земли до гвоздя здесь и за лечебницей. Cчитаю, это вполне ощутимая вещь! Вот, прижми трость от самого низа…
Эйприл пригнулась к земле возле забора, приставляя трость и затем передавая ее другу. Вдруг ее внимание привлекла петелька коричневой плотной веревочки, торчавшей из грязи прямо под оградой. Свободной рукой она аккуратно потянула за нее. Из-под земли вытянулась блестящая, облипшая грязью побрякушка.
— Смотри, Дикен, это похоже на медальон, — очарованная находкой, Эйприл протянула ее другу.
— Погоди, Эйп… Так, две с половиной, — он внимательно отмерял высоту. — Ну-ка, — Дикен взял медальон и протер пальцем, — неплохо. Смотрю тебе везет на всякие украшения. Нужно промыть ее в луже…
Из мутной лужи они вынули чистый блестящий медальон на прочной серо-коричневой веревке. Он представлял собой три спаянных посередине продолговатых лепестка наподобие трилистника. Двое верхних были чуть короче того, что вытягивался вниз, а сверху между ними припаяно маленькое колечко, в которое продевалась веревка для ношения на шее. Дураку было понятно — медальон напоминал очертания тех самых распятых птиц. Эта вещь принадлежала тому человеку, который за содеянное успел попасть на полосы «Дафиэлдс Инстанс».
Вдруг за спинами друзей открылась задняя дверь клуба. Из него вышла молодая девушка, в засаленном чепце и грязном переднике со следами рук и пятнами пива. Девушка показалась милой на вид, но едва увидев детей, выронила мешок с мусором и закричала во все горло:
— Мистер Дэмли! Мистер Дэмли!!! Сэр, хулиганы!.. те самые!
— Бежим, Дик! — крикнула Эйприл, и друзья сорвались с места.
— А ну стойте! Мистер Дэмли, они убегают! — продолжала вопить та, в растерянности шагая то вперед, то назад.
Дикен и Эйприл понеслись со всех ног. Бежали куда-нибудь, лишь бы подальше от злополучного клуба. Оббегая кареты, из-под колес которых летела во все стороны грязь, они преодолели главную дорогу и выбежали к узким дворам между больших многонаселенных домов. В одной руке Эйприл сжимала найденный медальон с шеи убийцы птиц, другой придерживала спадающую с головы кепи. Они забежали за угол одного из домов и остановились.
— Плохи дела, Эйп! — глубоко дыша и держась руками за колени, сказал Дикен. — Не хватало, чтобы нас еще обвинили за этих голубей. Фу-у-ух… Медальон у тебя?
— Да, вот он… Надеюсь, она не успела нас разглядеть, — несмотря на страх, охвативший их, Эйприл улыбалась, от чего появлялись ямочки на ее румяных щеках. До чего же эта девчонка любила приключения. — Кстати ты выронил пару газет на ходу…
— Если б не эта дурацкая трость, я бы их крепче держал, теперь придется просить вдвое больше за экземпляр! А еще мы снова забыли глянуть в объявления сегодня, — после этого Дикен сделал еще один глубокий вдох, осмотрелся по сторонам и продолжил, — так что идем сейчас к лечебнице, померяем высоту, и там же почитаем…
От стремительного побега их спины были в грязи и брызгах. Эйприл причитала всю дорогу до первого места убийства голубя.
Заслуга дождей перед городом в том, что он пустеет. Причем моментально. Единственным местом, где еще можно было сбыть газеты, являлась центральная торговая площадь, но о каких газетах могла идти речь для этих двоих, когда на кону была жизнь птичьей братии и непойманный преступник.
У всего есть своя цена. Дикен убеждал себя в этом, когда пришлось выбирать между работой и их Великими делами. Они одни в своем мире. Хотя гораздо важнее им было не впустить в этот мир кого-нибудь постороннего — они только вдвоем хотели насладиться всеми тайнами. Тайны для них были словно игрушки с секретом. Это как в магазине удивительных вещей «Шахматная черепаха». Если кто-то о таком не слышал, можно быть уверенным — услышит.
В такую мерзкую серую погоду городская лечебница выглядела особенно мрачно. Люди даже не спешили поправлять здоровье, боясь намокнуть, поэтому больничная территория пустовала. Лишь двое друзей сейчас находились за одним из зданий, там, где они нашли первого голубя. Дикен снова отмерял высоту, а Эйприл стояла рядом, зажимая в одной руке дымящуюся трубку, а в другой медальон.
— Такое ощущение, — начала она, переводя взгляд на Дикена, — что мы уже где-то видели такой знак… Слишком обыденный что ли.
