Первый час, проведенный в укрытии, их тела не покидали дрожь и страх. Дикен то и дело припоминал самые жуткие моменты случившегося, а Эйприл продолжала махать кулаками, всячески проклиная предательницу Бриг. Потом страх утих, и они уже без боязни выглядывали из своего укрытия: не идет ли где представитель закона. Гневные высказывания сменились смехом и различными фантазиями друзей. Дикен представлял как было бы хитро укрыться в потайном шкафу, к которому они так и не нашли подхода. А Эйприл предложила устроить ловушку и наоборот, запереть в этом шкафу всех преследователей. А мерзкую Бриг привязать к стулу и заплевать бумажками из учебника французского, который она так любит.
Все эти выдумки, гулко отражающиеся от каменных стен жилых домов в узком укрытии, перемешивались с табачным дымом, который изредка струился из трубки. С ним было привычно и спокойно. Потом они молчали. Дикен листал книгу о шифрах, а Эйприл сидела рядом и по поручению друга пыталась понять, где может находиться четвертый голубь. Точно было ясно одно — места убийств выбираются не случайно. Между тем жизнь последней птицы грозила закончиться уже через день, одновременно с концом таинственного ритуала «Крыльев свободы».
Дикен пролистал книгу от корки до корки, но ему никак не давала покоя мысль о «Собственности Ноутлиса». Он всю ее уже извертел, пытаясь понять замысловатый шифр под этой фразой. К тому моменту, когда он захотел посмотреть страницу на просвет, друзья вдруг обнаружили, что на небе уже смеркалось, а городской шум за пределами их укрытия притих.
— Самое лучшее, что мы могли бы сейчас сделать, Эйп, это укрыться у мистера Мортуса на мысе, — сказал Дикен, когда они самыми безлюдными дворами и закоулками пробирались к своим домам. — Но он очень не вовремя покинул город…
— А что бы ты сказал родителям? Мам, пап, за мной гоняется полиция Дафиэлда, поэтому я пока поживу на мысе Гелиарда, где по ночам бродят призраки! Конечно, Дикен, только не забывай осиновый кол и тепло одеваться…
Дикен засмеялся так громко и звонко, что вся их конспирация могла сорваться в одну секунду и Эйприл зашипела на него, сама едва сдерживая улыбку.
Вдоль прямой дороги, ведущей к домам друзей, располагались редкие дома, отгороженные от улицы заборами, кустами и деревьями. К счастью темнота достаточно хорошо скрывала двух «преступников» и им не приходилось прятаться. Зато подозрительность Эйприл, которая началась еще с библиотеки, не оставляла ее и сейчас. Она рукой остановила друга и приставила палец к губам:
— Стой, — прошептала она, прервав какой-то рассказ Дикена, — там кто-то есть.
Она указывала в сторону липового дерева, толщиной в два обхвата. Именно оттуда ей почудился шорох и необъяснимое сотрясение воздуха.
— Не похоже на то, — прошептал в ответ Дикен, упрямо вглядываясь в темень, — я обойду с той стороны дерево, а ты стой здесь…
Он не стал подкрадываться, а направился быстро и уверенно. Как Дикен и полагал, там было пусто, а обойти дерево таинственный преследователь не мог, так как с дороги за ним следила девочка.
— Никого, Эйп! Давай просто убежим отсюда, мы уже близко.
Когда времени было уже за полночь, Дикен нервно ворочался на своей подушке. В голове крутились все события прошедшего дня. Примерно каждые десять минут он вспоминал, что мог бы сейчас зажечь свечи и усесться за шифры, но потом отгонял эти желания, так как обрывок с зашифрованной запиской лежал на чердаке соседнего дома.
Раз пять за два часа бессонницы мальчик выглядывал в открытое окно. Луна на чистом небе неустанно двигалась, пока окончательно не скрылась из вида, оставив от себя лишь яркий свет где-то сбоку. За все это время Дикен осознал одну интересную вещь: чем больше проблем, тем больше неотложных дел. Мысль о том, что где-то в клетке сейчас бьется голубь, возможно не подозревающий о своей дальнейшей участи, беспокоила его. Помимо этого в распоряжении была уникальная книга для дешифровки, а газеты пестрили описанием его и Эйприл, как отпетых хулиганов. Да и охотники за медальоном совсем не убавляли проблем. «Слишком мало времени на такое количество забот!» — решил Дикен и, наскоро одевшись, вылез из окна, как год назад.
Разбудив по пути двух собак, он незаметно приблизился к дому Эйприл. Все спали. Практически на ощупь отыскав веревку под ковром плюща, он спустил лестницу и взобрался на чердак. Минуту спустя помещенице озарили три свечи. Прикрыв окошко поплотнее доской, он поставил все три подсвечника на свой стол, в дальний угол чердака, и нетерпеливо достал из ящика обрывок бумажки с загадочными символами. Небул проснулся от шорохов и один раз, но громко, известил о своем присутствии.
— Т-ш-ш-ш, — зашипел на него Дикен, жестами стараясь угомонить пернатого друга. — И тебе тоже доброй ночи, Небул, но… пожалуйста, тише!
