Девушка, до этого не подававшая никаких признаков жизни, сразу же ожила, зашевелилась и быстренько соскочила со своей подставки. Молодой фермер, так и не отпустив её руки, повёл свою будущую жену к выходу, но, заметив вокруг себя любопытствующие взоры, вновь остановился и, сорвав плащ, торопливо набросил его на обнажённые девичьи плечи. Чудак какой-то, честное слово!
Выбор юноши словно послужил толчком для остальных покупателей. Вот уже какой-то пожилой фермер выбрал себе вторую женщину из пятёрки… вот их, вообще, осталось всего две… И тогда, не желая оставаться в дураках, О’Нил торопливо ухватил за руку ближайшую к себе женщину… и как раз вовремя…
Вот таким образом в хозяйстве фермера и появилась эта, пятая уже по счёту, рабочая жена. И до сегодняшнего дня О’Нил ни разу не пожалел о своём выборе. Эта жена удовлетворяла его во всех отношениях. Более того, теперь уже почти все соседи отчаянно завидовали О’Нилу. Недели не проходило, чтобы то один, то другой из них не обращался к нему с просьбой продать или обменять красавицу с большой даже доплатой. И всякий раз О’Нил посылал их всех куда подальше.
Он настолько гордился пятой своей женой, что даже стал ощущать к ней какую-то особенную симпатию, что ли. Конечно же, эти чувства О’Нила не шли ни в какой сравнение с тем, что ощущал когда-то молодой фермер, любуясь второй своей женой, хоть она и была далеко не такой красивой. Но тут дело было не в жене – дело было в самом О’Ниле, в его значительно изменившемся к худшему характере, Да и годы брали своё, что тут не говори…
Но, несмотря ни на годы, ни на характер, эту, последнюю свою жену он тоже почти не трогал. Так, изредка, и больше для профилактики. Да и что это было за битьё: пара-другая оплеух. Не идёт ни в какое сравнение с тем смертным боем, что пришлось вынести когда-то предыдущей его жене…
И вот теперь эта дрянь заявила, что раньше жила во дворце!
О’Нил задумчиво посмотрел в сторону дома. Там, в столовой, в луже собственной крови лежала его рабочая жена. Живая…
Он искренне на это надеялся.
Насупив брови, фермер недовольно потёр кулаком правой руки о ладонь левой.
Кажется, он и в самом деле обошёлся с женой излишне круто. Разве она виновата в том, что сложная система блокировки памяти неожиданно нарушилась и дала сбой! В первую очередь тут виноваты, конечно же, сами операторы ФИРМЫ, чёрт бы их побрал! Время от времени сбои всё же случались… знакомый оператор как-то предупреждал его о такой возможности, довольно редкой, правда…
И надо же такому случиться, что это произошло именно с его женой!
Беды особой в этом не было, ибо ответственность за все возможные сбои и нарушения блокировки ФИРМА всегда брала на себя, как, кстати, и все издержки при их ликвидации. ФИРМА могла даже заменить рабочую жену на другую, и безо всякой доплаты. Но это лишь в том случае, если он вернёт им эту женщину… живой.
Если же она умерла…
«Она жива! – подумал О’Нил, взволнованно дыша. – Она должна быть живой… я не так уже и сильно её избил!»
Так или иначе, но с рабочей женой О’Нила возникли вдруг неожиданные и довольно серьёзные проблемы, настолько серьёзные, что заниматься ими должна была сама ФИРМА. Поняв это, фермер решил сегодня же, не откладывая дело в долгий ящик, наведаться в её ближайшее отделение, в то самое, кстати, где и приобрёл он эту красавицу почти год назад.
Зайдя в дом переодеться и захватить с собой все необходимые документы, О’Нил не удержался, чтобы в самый последний момент не заглянуть в столовую.
Рабочая жена, вся окровавленная, в разорванной одежде, тем не менее, уже не лежала на полу без сознания. Она стояла теперь около стола, опираясь на него обеими руками… и у О’Нила сразу же отлегло от сердца – живая!
Заслышав за спиной тяжёлые шаги мужа, женщина обернулась в его сторону и некоторое время молча смотрела О’Нилу прямо в глаза. Странный был сейчас у неё взгляд, совсем незнакомый… и, вообще, рабочие жёны не должны так смотреть…
– Опусти глаза! – на мгновение вновь теряя над собой всякий контроль, взревел О’Нил, пальцы его непроизвольно сжались в кулаки. – Мало тебе, дрянь?!
Он уже сделал, было, первый шаг по направлению к жене, но, разглядев на полу многочисленные кровавые пятна, тотчас же остановился, опомнившись. Мгновенный гнев фермера уже угасал, тем более, что жена послушно опустила голову.
– Прибери тут! – буркнул О’Нил, стараясь не смотреть ни на жену, ни на кровавые пятна под ногами. – И себя приведи в порядок. Потом займись хозяйством. Мне по делам надо…
А ещё через несколько минут электрокар фермера уже направлялся к массивным металлическим воротам, которые сразу же бесшумно разошлись, пропуская машину, и также бесшумно сомкнулись за спиной фермера. Введя в блок управления все необходимые маршрутные сведения, О’Нил откинулся на сидении и утомлённо закрыл глаза.
Ну и утречко выдалось ему сегодня!
Скин Скрайф всегда считал себя неудачником. Да он и был неудачником, если говорить честно, всю жизнь ему как-то не везло…
