Дикие сердца полностью

Я не знаю, где Слоан или Деклан. Я не знаю, что делают остальные. Я могу сосредоточиться только на Пауке, стоящем в десяти футах от Мала посреди танцпола и целящемся пистолетом ему в голову.

Я беру себя в руки, делаю глубокий вдох и решительно говорю: — Паук, сию же минуту опусти пистолет!

—Назови мне хоть одну вескую причину, по которой я не должен стрелять в эту русскую свинью, Райли!

Хорошо, если ты настаиваешь. — Потому что я ношу его ребенка!

По толпе пробегает волна удивления. Несколько человек ахают. Паук резко поворачивает голову и смотрит на меня, разинув рот.

Я не могу смотреть на Мала. Я направляю всю свою энергию на то, чтобы пристально смотреть на Паука, желая, чтобы он отступил.

—Ты понимаешь, что это значит? Теперь мы семья. Я, Мал, Деклан, Слоан ... и ты тоже. Мы все семья. Этот ребенок связывает нас вместе. Мафия и Братва теперь связаны кровными узами.

Откуда-то из зала доносится тихое приветствие.

Я почти уверена, что это Нат.

С протянутой рукой и учащенным пульсом я медленно подхожу к Пауку. Застыв в шоке, он наблюдает за моим приближением. Он тяжело дышит и сильно краснеет. Любое резкое движение может заставить его нажать на спусковой крючок.

Когда я подхожу достаточно близко, я нежно кладу руку ему на запястье. Выдерживая его дикий взгляд, я тихо говорю: — Просто положи это. Все кончено.

Он сглатывает. После паузы, которая кажется вечностью, он опускает руку и склоняет голову.

Деклан появляется из ни откуда. Он выхватывает оружие из рук Паука и толкает его в группу ирландцев, которые ждут в стороне. Когда по комнате начинает распространяться ропот, они оттесняют его.

Меня хватают и заключают в медвежьи объятия.

Мал отрывает меня от пола, так что мои ноги болтаются в воздухе, пока он держит меня. Он хрипло говорит мне на ухо: - Ты беременна?

—Да.

—У тебя будет мой ребенок?

—Да. И если ты переедешь на Меркурий, чтобы попытаться защитить нас, твоя неопрятная бездомная мышь-олень выследит тебя и убьет.

Он стонет, прижимая меня к своей груди. Один из моих каблуков падает.

Мы остаемся вот так, заключенные в крепкие объятия, не обращая внимания на перешептывание толпы, пока кто-то не прочищает горло.

Когда я поднимаю глаза, то вижу Деклана и Слоан, стоящих рука об руку позади Мала.

Слоан сияет. Деклан выглядит так, словно ему нужно выпить чего-нибудь покрепче.

—Опусти меня, милый, — шепчу я. — Жених и невеста хотели бы поговорить.

Он рычит: — Жених и невеста могут подождать своей гребаной очереди. Сначала мне нужно перекинуться парой слов со своей женщиной.

Он подхватывает меня на руки и уходит с танцпола. Через его плечо я наблюдаю, как Нат и Слоан обнимаются, а Кейдж и Деклан выпрямляются и свирепо смотрят друг на друга.

Группа зажигательно исполняет — Мы семья.

Как ни в чем не бывало, гости возвращаются на танцпол и начинают кружиться.

Вау. Так это была свадьба гангстеров.

В целом, я думаю, все прошло довольно хорошо.

49

Райли

Я не знаю, куда он меня ведет. Короткая поездка на машине, за которой следует короткий подъем в лифте, оба этих времени я провожу, уткнувшись лицом в изгиб его шеи и закрыв глаза, вдыхая его запах и прижимаясь к нему.

Затем он опускает меня на кровать.

Не говоря ни слова, он срывает с меня платье, разрывая шелк, как салфетку. Он снимает с меня лифчик, трусики и оставшуюся туфлю. Затем он опускается на колени рядом с кроватью между моих раздвинутых ног и прижимается своей пылающей щекой к моему обнаженному животу.

Мое сердце раздувается, как воздушный шар, я зарываюсь руками в его густые волосы и вздыхаю от счастья.

— У тебя будет мой ребенок, — шепчет он с удивлением в голосе.

—Если родится мальчик, давайте назовем его Мик. На самом деле, это было бы милое имя и для девочки.

Он выдыхает. Обхватив руками мои бедра, он благоговейно целует мой живот. —Должен признать, я в восторге, что твой противозачаточный укол не сравнится с моей суперспермой.

—Не сломай руку, похлопывая себя по спине, парень. Мой запас патронов истек, пока я была в России. Забавно, как летит время, когда тебе весело. Я оглядываю незнакомую темную комнату. — Где мы?

—В отеле. А теперь тише. Мне нужно тебя трахнуть.

Мой смех тихий. — Я тоже по тебе скучала.

Он снимает с себя одежду с рекордной скоростью, нетерпеливо бросая все это на пол, затем опускается на меня сверху. Он целует меня, обхватывая мою голову руками, отдавая мне свой вес и каждую унцию своей страсти.

Когда он отрывается, то тяжело дышит. Он смотрит на меня сверху вниз с обожанием, сияющим в его глазах, бормоча что-то по-русски.

Я качаю головой. — Нет, скажи так, чтобы на этот раз я могла понять.

Он мягко говорит: — Это то же самое, что я говорил тебе с самого начала, малютка. Ты прекрасна. Ты сводишь меня с ума. Я не могу вспомнить свою жизнь до тебя. Я бы все отдал, чтобы иметь возможность любить тебя вечно.

У меня сжимается горло. Слезы наворачиваются на глаза. Я делаю прерывистый вдох, чувствуя, что лечу. — Так я тебе нравлюсь, да?

Прижавшись к моим губам, он шепчет: — Я боготворю тебя, моя сладкая, говорливая маленькая королева.