Трындец… А вот что было дальше, можно было охарактеризовать ещё печальней, потому что п*здец — самое малое из спектра плохих слов, которое хотелось сказать мне. Ведь мама, оказывается, ТАКАЯ мама!
Я уже сидела за столиком, когда к нам подплывало божественное видение. Девушка была молода и прекрасна, а так же очень хрупка, казалось, что её можно переломить двумя пальцами. Просто белокурый ангел во плоти!
Так вот… Этот ангел прокуренным голосом как гаркнет:
— Михаил! Почему твои псы не открывали мне ворота? Я что, болонкой вшивой у входа стоять буду и гавкать?
Я как услышала, аж вздрогнула, зато соседушка решил так просто не сдаваться:
— Да что ты, мама! В самом деле! Как не открывали? Может, заклинило что…
— Мозги у тебя заклинило! — рыкнула маман уже большого мальчика. Интересно, а сам мальчик в отца? А то мама блондинка, а вот Миша брюнет.
Тем временем мама продолжала бушевать:
— Почему-то всегда, когда приезжаю я, твои ворота, сын, всегда ломаются! Надо же…какие странности, да? — фраза была подправлена тройной дозой сильнодействующего яда. Но тут соседушка (чтобы ему икалось) решил перевести разговор в другое русло.
— Мама! — торжественно начал сын. — Вот моя невеста, знакомься! Это Лисандра. Лисандра, это моя мама, Татьяна Евгеньевна!
После торжественной фразы наступило молчание. Гробовое. Охрана старалась продвинуться бочком-бочком, чтобы прикрыть меня. Это намёк, что я отсюда уеду только вперед ногами? Вот смотрю на горящий взгляд матери соседа и понимаю, а я ведь права по ходу.
— Здравствуйте, — попыталась обворожительно улыбнуться. Ангела с моим красным платьем строить уже бесполезно.
— И вам провести ночь и уехать, — кивнула анаконда. Ну… Татьяна Евгеньевна! Не быть нам друзьями.
— Да что вы? Я тут не только на ночь останусь, а ещё и на утро, и на день, и на всю оставшуюся жизнь…
Судя по жесту Миши, когда он уронил голову на руки, пришел полный пушистый зверек и сказал: «Здравствуй, хозяина, я песец, будем знакомы, но совсем скоро я переименую в п*здец, так что…готовься!». Охрана старалась встать ещё ближе ко мне и Мише. Это нормально вообще?
— Не стоит недооценивать маму, — прошептал мне украдкой сосед. Да без проблем, поняла! Не дура! А сама мама сейчас, кажется, меня придушит, и охрана здесь не поможет абсолютно.
— Да что ты, деточка? Что-то я не знаю тебя и твоих богатых родителей, или ты у нас начинающая бизнес-леди? А? — спросила язва.
Ответа на вопрос женщине не потребовалось, потому что она, словно кораблик, поплыла в сторону дома, но и я здесь не промах. Спуск давать? Да ни за что!
— Я детдомовская, работаю официанткой, иногда танцую… приват, — меня чуть не подвёл голос, когда это говорила. Ху-у-у-ух! Спокойствие, то-о-о-лько спокойствие! А вот Татьяна Евгеньевна споткнулась, ковыляя на своих заоблачных шпильках. Ага, сразу видно — цель достигла адресата. Хе-хе.
Михаил сидел, раздумывая над ситуацией. М-да. Ну а что он хотел? Я себя в обиду не дам, это мы решили ещё при первой нашей встрече в подъезде.
— Дорогая, — с чувством прошептал соседушка, — ты не работаешь официанткой…
— Дорогой, я и приваты не танцую! Представь себе! — закивала утвердительно. Охрана старалась сдержать улыбки, но получалось у них откровенно говоря хр*ново.
— Сильно не расслабляйся, мама скоро придет, — кивнули мне, превращая романтическое свидание в акт обороны. Ох уж эти военные действия!
Я вышла из-за столика, чтобы позвонить Юле. Тут увидела шефа, который вез меня к этому проклятому дому. С мерзкой улыбочкой мужчина подошел ко мне, да только поскользнулся у самого бассейна, а я ещё придала ускорения ногой, наивно полагая, что никто меня не увидел. Судя по хриплому смеху Мишани, он был в курсе всей истории. У-у-у-у-у! Я повернулась на соседа, сузив глаза.
— И кто сдал меня? — мой голос звучал угрожающе.
— А? — прикинулся дурачком Мишаня. — Да так, сказали там…
У-у-у-у-у! Я уже думала начать небольшой скандальчик, как Юля наконец-то поднесла к уху телефон.
— Как же я вас люблю! — голос у подружки был блаженным. — Всё! Сдохните твари! Хочу спать… Но я вас обожаю!
Кажется, до меня начало доходить…
— Юля, ты пила успокоительное?
— Да… Твари, я вас ненавижу, вы такие ох*ительные, лапочки…
— Ну да, как то так они в принципе и работают, — покивала я, полагая, что сейчас с подругой разговаривать бесполезно.
Отключившись, заметила, что в нашу с Мишей сторону идёт его мама. Мой взгляд был затравленным всего лишь секунду, а потом я села на своё место, принимая расслабленную позу, закидывая ногу на ногу и выпячивая грудь вперед. Да-да, девушка отличается тем, что впереди неё сначала должна идти грудь, а потом сама женщина.
Видимо, Татьяна желала сесть третьей к нашему столику. Ага, счаз-з-з!
Один из мужчин охраны подал ей стул, который я уже сожгла в своих мыслях.
— Дорогая мамуля, что же тебя привело в такие дали? — мило улыбался Михаил, который сам по себе был напряжен. Даже слишком.
— Я что? — деланно удивилась женщина. — Не могу своего сына проведать? Посмотреть, КАК он живет.
