И вот когда я довольный восседал на лавке во дворе казарм, наблюдая за дружеским поединком Олафа и Милорада, через ворота вошел неизвестный дородный человек в небедной одежде в сопровождении двух мальчишек. Он явно захаживал сюда не первый раз, поэтому кивнув караулу, направился сразу к дому воеводы. Потеряв интерес к гостю, я снова вернулся к наблюдению за борющимися десницами, чьи учебные дубовые клинки мелькали с ослепительной скоростью.
Немного погодя, на крыльцо своего сруба выбрался Свельф. Щурясь и прикрывая глаза ладонью, вынужденный смотреть против солнца, он вначале взглянул на поединок, довольно крякнул, и словно случайно приметил меня:
– Велибор, ты сейчас все равно не при деле, зайди ко мне, нужен твой совет как чародея, а молодцы пускай забавляются дальше.
Делать нечего, пройдя двор, я отодвинул занавесь и вошел внутрь. Воевода уже восседал за своим столом, задумчиво поглаживая бороду.
– Ты помнишь Щуку? – начал он.
– Разбойника которого? Ну да, его же, как дня четыре, повесили и закопали. Полгорода на это глазело.
– Вот-вот, а теперь эти отроки уважаемого пекаря Достомысла из Кривичей утверждают, что видели его вчера ночью.
Я удивленно повернулся к ерзающим на лавке мальчишкам:
– Точно? Может, вам почудилось?
Слово взял тот, что выглядел постарше:
– Иштой клянусь, дядя. Щука то был. Одежда у него как у покойника была и ухо отрубленное. Мы с братом в полночь полезли на пепелище у Ткацкого Конца. Бают, что там призраки на полнолуние поют, вот и хотели их послушать. Слышим, кто-то по улице идет, шаркая ногами, ну и затаились за колодцем там во дворе. Нас и не заметили, а света-то вдоволь было. Мы Щуку-то и признали. Как он за угол зашел, мы деру и дали. Бате все рассказали, а он щас воеводе.
– Почтенные, мож, умишко мои сыновья по младости еще не нажили, но врать они не обучены, – заступился за своих отец, пытаясь придать весомости их словам.
Свельф хмуро посмотрел на меня, ожидая мнения и решения. Я же задумался, непроизвольно теребя один из оберегов на шее. Судя по всему, прогонять гостей северянин не собирался, на тот случай, если у меня возникнут вопросы к ним. Потратив немного силы, я связал небольшой узелок. И мысленно протянул его к голове старшего отрока. Всякое могло быть. Например, перед тем как лезть на пепелище, да еще ночью, могли раздобыть и хлебнуть крепкого винца или даже спирта, а потом страх, воображение и алкоголь создали описанную картину.
Но кровь у них была чистая, молодая без всякой пьяни. И это осложняло дело, так как остальные предположения уже оставались нехорошие. Поэтому нарушив затянувшееся молчание, я обратился к пекарю:
– Не волнуйтесь, мы все проверим, но скорее всего ребятишкам со страха просто показалось, и то шаркал обычный пьянчуга.
– Спасибо, мы тогда пойдем, а то все утро насмарку, люди без хлеба останутся.
Дождавшись их ухода, я вытащил из угла грубо сколоченный табурет, пододвинул его поближе к столу. Следом из сумки извлеклись кипа чистых листов и тонкий кусочек угля. Рассуждать, делая пометки на бумаге – надежный прием, не раз выручавший меня в учебе. Попутно я начал озвучивать свои мысли вслух для воеводы:
– Итак. Ребятня трезва и на самом деле считают, что говорят правду. Но это мог быть бродяга или пьяница. Одноухих даже в нашей дружине двое, по городу десяток-другой запросто наберется. На мальчишек могли наслать морок. Чародейство это несложное, хотя требует должного обучения. Надо узнать только, кто или что смогли это сделать. Может, ведьма лесная или вещица проклятая в руинах оказалась.
Подумав, я взял следующий лист, таким образом, отсекая и группируя мысли:
– Дальше идут наихудшие варианты. Если висельника похоронили без нужных обрядов или зазря казнили, то из могилы мог встать упырь, жаждущий мести. И до следующего полнолуния он будет шататься по земле. Но вину Щуки доподлинно доказали. Ненадлежащим образом захороненный труп, смог бы поднять для своих нужд любой одаренный Морры. В противном случае сделать такое могли некромансер из Талабии, старый вампир или Кощей. Кстати, сам разбойник тоже мог оказаться вампиром из дневных, такого точно повешеньем не убьешь. Кроме того, в него просто мог вселиться какой-нибудь могущественный дух. Но это уже легенды леших.
– Хреново. Даже жрать расхотелось, – воевода придирчиво смотрел, как на желтоватой поверхности бумаги появляются заметки и непонятные значки. – Что предлагаешь делать?
– Во-первых, надо навестить погост висельников, раскопать могилу и убедиться, что тело еще там. Потом обсыпать его солью и с молитвами заново закопать. Проверить землю на чародейство. Проверить знаки и обереги на оградах и воротах. Во-вторых, навестить посольства. Надо знать, сколько обученных людей приехало сюда, и нет ли среди них колдунов. А в-третьих, сходить на само пепелище, днем и ночью.
– Понял, будут нужны еще бойцы – говори сразу. Надо разобраться быстро, а то день-два и по городу будут гулять слухи про живых покойников. До полудня надо понять, что случилось и предупредить князя, если дело серьезное.
