Давена Арсено мечтает забыть прошлое и перестать убегать. Возможно, даже найти хорошего парня и создать семью. Но Жрица Вуду, которая не успокоиться пока Давена не будет у нее в руках, находит ее в Лайонс Пойнт. И время Давены истекает. Бо Чиассон был готов провести жизнь в одиночестве, но когда судьба сталкивает его с прекрасной Давеной, он понимает, что только она может возродить его душу. Вовлеченный в самое серьезное испытание в своей жизни, Бо должен не только спасти свой пэриш от зла, но и завоевать сердце Давены — если только сможет спасти их обоих от смерти.
Автор: Донна Грант
Название: Wild need/Дикие желания
Серия: Chiasson/Чиассон - 3
Переводчик: Валерия Плотникова
Сверщик-переводчик: Наталья Ульянова
Редактор: Юлия Бовакина
Русифицированная обложка: Любава Воронова
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
Любая публикация данного материала без ссылки на группу и
указания переводчика строго запрещена.
Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного
ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой
никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует
профессиональному росту читателей.
ПРОЛОГ
Ясная, холодная октябрьская ночь была разрушена криками.
И кровью.
Давена с ужасом и страхом смотрела на истерзанное тело своей матери . Она не видела нападавшего, и никого, кто мог бы помочь, спасти ее. Была лишь… магия.
— Я говорила ей, — прошептала Делиа.
Кровь, стекающая из ран на теле матери, покрывала каждый сантиметр их маленькой гостиной. Сквозь окно, Давена увидела виновницу всего этого ужаса. Женщина была одета во все белое, кожа цвета полуночи отливала оранжевым от света огня, который она призвала вокруг себя.
За все свои семнадцать лет жизни, Давена и помыслить не могла, что на их семью нападет Дельфина. Мама держалась подальше от Жрицы Вуду, так что же заставило её совершить нападение?
Делиа схватила Давену за руку и попыталась увести от окна.
— Нужно уходить. Сейчас же!
Но Давена не могла сдвинуться с места. Это был их дом и их жизнь рушилась. Она вытерла слёзы и бросилась к матери, которая лежала тихо и неподвижно, её глаза бездумно уставились на Давену. Она пыталась прижать маму к себе, но из-за крови она не могла обнять ее. Вместо этого Давена взяла ее за руку.
Внезапно, голова мамы повернулась к ней, и карие глаза взглянули на Давену.
— Беги, — прошептала она на последнем издыхании.
Услышав треск огня, Давена подняла взгляд. От входной двери начал подниматься дым. Пламя выбило стекла из окон, отчего девушка быстро прикрыла голову руками. Огонь охватил тело мамы, и Давена еле успела отскочить, прежде, чем пламя смогло добраться до неё. Руки схватили её сзади и поволокли в коридор.
Давена посмотрела в лицо сестры. Зеленые глаза Делии были широко распахнуты и слёзы катились по её щекам. На плече болталась, набитая одеждой сумка. Делиа опустила её, и скользнув вниз по стене, села на пол.
— Она не позволит нам выжить. Мы сгорим заживо, Давена. Все двери заперты её магией.
У них было два варианта: либо сжаться от страха, либо бороться. Давена направилась в комнату, чтобы попытаться выбраться через окно, когда вспомнила, что мама предвидела этот день — и у неё был запасной план.
Давена схватила сумку Делии.
— Поднимайся, — сказала она пробираясь сквозь густой дым.
Делиа закашлялась, и прикрыв рот рукой, поднялась на ноги.
— Зачем?
— Потому что мы выберемся отсюда.
Давена зажмурилась от дыма, который резал глаза и раздирал горло. Ей отчаянно хотелось вдохнуть чистого воздуха. Их время истекало. Если они не поторопятся, то уже никогда не выберутся.
Не успели они добежать до спальни матери, как там, будто дожидаясь их, вспыхнул огонь. Делия закричала, но Давена быстро зажала сестре рот рукой, и приложила палец к губам, призывая к молчанию.
Если Дельфина узнает, что они выжили, то не остановиться. Никогда.
Давена схватила сестру и толкнула её сквозь пламя, а затем прыгнула следом. Огонь опалил её кожу, но она никогда и ничего не боялась. Теперь же была в ужасе от всего — особенно от огня.
Он убивал безжалостно, уничтожая все на своем пути. Был судьей, судом присяжных и палачом.
И он имел виды на них.
