Роль была эпизодическая, но с выездом на Балтийское море, и все Подруги потом видели Клаву в кино, там был кадр, как она садится (в роли обезглавленной кильки) в консервную банку, банка мягко трогает с места, набирает скорость — и вдруг взрыв, все летит в воздух, льется кровь.
Клава потом очень смеялась над своими подругами и говорила: «Это просто был томатный соус».
Однажды баран Валентин пошел в парикмахерскую и попал к мастеру моли Нине, у которой сидела огромная очередь.
Нина стригла не торопясь, но очень тщательно, и ни мусоринки, ни волосинки не оставляла даже на полу. Барана Валентина очень заинтересовала такая чистоплотность моли Нины, и он долго восхищался.
На этот вопрос скромная Нина, потупив глазки, ответила, что в детстве недоедала и привыкла все до крошки подчищать.
Но что теперь она никогда, никогда не будет полной.
Баран обратил внимание на серебристый ореол вокруг Нины, на ее крылья и подумал: «Ангел».
Однажды три сестры — гадюка Аленка, крыса Надежда Пасюк (старшая) и росомаха Жанна (младшая) отправились на вокзал, чтобы ехать в деревню сажать картошку.
Денег на всех не хватило, билет был куплен один, и поэтому решили Аленку положить в чемодан, а Надежда Пасюк поехала бесплацкартным во внутреннем кармане Жанны.
Жанне в дороге было скучно, и она все время переговаривалась то с чемоданом, то со своим внутренним карманом, а соседи делали вид, что ничего не понимают.
Но все прояснилось, когда пришло время обеда, потому что гадюка Аленка даром времени не теряла: сидя в чемодане, она наделала бутербродов и приготовила на спиртовке кофе.
Росомаха с Надеждой Пасюк тоже влезли к ней в чемодан и там обедали, а потом там же легли спать и в результате накрылись крышкой, затянулись ремнями и захлопнулись.
Но якобы беспризорный чемодан был украден из купе гиеной Зоей, которая решила поддержать свою дочь, приодеть и приобуть ее и с этой целью села в поезд, якобы торгуя хрусталем, а на деле гремя пустыми бутылками.
Каково же было удивление Зои, когда она торжественно раскрыла чемодан перед дочерью и родней дочери (муж-шакал, свекровь, свекор и пять золовок-шакалок) — а в чемодане спала пушистая крошка росомаха Жанна! (сестер не было видно под нею).
Когда, однако, Жанна привстала, тут удивлению большой семьи не было границ: показалась грозная Аленка в дорожном галифе и с хлыстиком, а за ней вылезла неприветливая крыса Надежда Пасюк в ватнике и резиновых сапогах, с лопатой в руке: ехали-то сажать картошку. Гиена Зоя давно испарилась, и расхлебывать пришлось ни в чем не повинным шакалам, которые под мудрым взглядом гадюки Аленки раскошелились и оплатили трем сестрам три билета в мягком вагоне в Москву! (В Москву, в Москву).
Шикарная красотка оса Фенечка тосковала у телефонной будки после драки с отцом, который выгнал ее чугунной сковородкой из родного гнезда.
Феня размышляла, кому бы позвонить, и наконец позвонила таракану Максимке, у которого всегда сидели знакомые.
Но Максимка — такой редкий случай — только вчера опять женился и теперь укладывал спать новорожденных детей.
Тогда Феня позвонила другу, бабочке Кузьме, но тот из опасений не подошел к телефону.
После этого оса Феня позвонила червю Феофану, но к телефону подошла муха Домна Ивановна и посоветовала забыть этот номер.
Тогда — что делать! — оса Феня решила без звонка ехать к пауку Афанасию, о котором шла дурная слава.
И, предвидя скорбное лицо деспота-отца, Феня отправилась в опасные гости.
Афанасий, однако, делал очередной ремонт, даже присесть не предложил, не то что выпить чаю.
Пришлось Фенечке ехать обратно в свое осиное гнездо, выслушивать снова проклятия отца, видеть мрачную мать и укладываться спать среди шума и гама, производимого собственными Фенечкиными детьми, и это при том, что у отца и матери Феня была сто пятнадцатой дочерью.
Главное, что у Фени рождались только девочки.
Легко понять в таком случае отца, который раздражался, чувствуя свою ответственность, при каждых следующих родах.
Его звали Иосип.
Однажды воробей Гусейн стал очень интересоваться молью Ниной и встречал ее после работы, глядя огненным взглядом из куста.
Нина вела скромный образ жизни и не любила таких поворотов судьбы, тем более что всем была известна репутация Гусейна (муха Домна Ивановна, то вдруг комар Томка, то, что совсем неуместно, история с бабочкой Кузьмой).
Хотя что-то привлекательное в воробье Гусейне было, красивые глаза, например, могучие крылья, которые он простирал из кустов, затем крепкие, выпуклые мужские ноги!
Короче говоря, возникла типичная картина, пока в дело не вмешался козел Толик.
Он объел весь куст, в котором обычно прятался Гусейн, — козел и раньше хотел его (куст) объесть, но мешали моллюски «Гринписа».
