– Не кричи. – Призрак повесил котелок на треногу и стал укладывать под него ветки, которые уже успели принести ребята. – Это и правда считается лёгким маршрутом, тропы надёжные не раз хоженые, особо опасных хищников в этой части леса нет, а расстояние только кажется большим, за шесть дней мы спокойно дойдём до лагеря. Отдохнём там три-четыре дня и назад. Правда за сегодня мы прошли всего двадцать миль, а нужно двадцать пять, значит придётся потом догонять.
– А не проще тогда идти не шесть, а семь дней? – Тьма доставал из рюкзака продукты и прикидывал, чтобы он из этого смог приготовить.
Дома он часто помогал маме на кухне и готовить откровенно любил, как и вкусно поесть.
– Не проще. Нас ждут в лагере через шесть дней и если мы не придём значит что-то случилось и они будут волноваться или того хуже – выйдут к нам навстречу.
– Почему хуже?
– Я же уже говорил лес опасен, а лагерь обнесен охранным контуром там безопасно, ну почти безопасно, – поправился Призрак, – а любой поход в лес – это риск. Так что же сегодня приготовить? – задумался парень.
Обычно в походе они готовили по очереди и сегодня был его черёд, вот только готовить Призрак не любил.
– А можно я сварю кулешь? – предложил свою помощь Тьма. – Правда мяса нет, но и тушёнка пойдёт.
– Ты умеешь готовить? – изумился Призрак.
– А что тут такого? Я люблю готовить еду.
– Тогда с радостью уступлю тебе свое дежурство. – повеселел Призрак. – Пойду помогу ребятам с гамаками на ночь.
С этими словами он ушёл, оставив Тьму одного у костра. Через час еда была готова. Все уселись вокруг костра и Тьма наполнил своим варевом миски до краёв.
– Ну и ну вкуснятина! – ребята оценили его стряпню, уписывая кулеш за обе щеки.
Правда Тьма справедливо подозревал, что дело не столько в его умении готовить, а в том, что все просто здорово проголодались в дороге. Но ему все равно было приятно. Хорошо было вот так сидеть на плаще у костра и делать вид, что у него все хорошо. Поев, Призрак забрал у всех чашки и сказал, что сам все помоет раз Тьма готовил. Во втором котелке давно заварился чай и Хаус достал из своего рюкзака шоколадку, оделив всех по три кубика к чаю.
– Тебе кровь когда нужно пить? – вопрос застал Тьму врасплох, у вампиров было не принято спрашивать об этом и считалось темой почти интимной. Дома они такие вещи старались не обсуждать, но Бен видимо считал иначе.
– Я пил кровь перед самым уходом. – стушевался он, не поднимая глаз от кружки.
– Хорошо, но я спросил когда тебе нужно будет снова кого-нибудь укусить? Мы сейчас довольно быстро идём и ты тратишь много энергии, я не знаю сколько ты сможешь обходиться без крови в такой ситуации, поэтому и спрашиваю.
Тьма не знал куда себя деть. А ребята спокойно пили чай как-будто такие разговоры были вполне естественны. Призрак почувствовал смятение напарника и поспешил придти к нему на помощь.
– Бен мы сами с Тьмой разберёмся, когда будет нужно я дам себя укусить.
– Так не пойдёт. – Бен был непреклонен. – Он с нами в группе, я должен знать, что от него ожидать и какой у него резерв времени. Поймите, это не прихоть или любопытство, я отвечаю за всю группу пока мы в лесу.
– Больше двенадцати дней мой резерв. – Тьма наконец поднял глаза и посмотрел прямо на Бена. – В таких условиях думаю дней через пять мне нужно будет кого-то укусить.
– Хорошо. – Бен невозмутимо отхлебнул чай. – Когда понадобиться просто скажи. Я разрешаю себя укусить.
Это была традиция старая, как сам мир, разрешение. "Я разрешаю себя укусить"– только после этих слов вампир имел право взять кровь и был обязан спрашивать об этом каждый раз и если когда-то получал отказ, был обязан отступить.
– Я тоже разрешаю себя укусить. – безмятежно улыбнулся Хаус.
– И я. – добавил Дикий.
Тьма лишь устало улыбнулся:
– Спасибо друзья.
Ночью, лёжа в гамаке и укрывшись подаренным плащом, он снова почувствовал, что жив и кому-то небезразличен впервые после потери семьи и пусть это и были всего лишь его попутчики, может даже на один поход, он был им искренне благодарен, что они приняли его таким какой он есть. Утром настроение у Тьмы было уже не такое радужное – выспался он ожидаемо плохо. Всю ночь в лесу что-то шуршало и завывало так жалобно, что попеременно хотелось бежать на помощь или прочь из этого леса. Гамак казался неудобным и несмотря на усталость он долго не мог уснуть, а под утро сильно замерз под тонким плащом, несмотря на костер, который горел всю ночь и дежурные следили чтобы он не погас. Вначале Тьма тоже предложил дежурить ночью, но Бен непреклонно отправил его отдыхать.
– Да ты и все равно не знаешь здешних опасностей, когда нас надо будить, а когда нет. – утешил его напарник.
