— Ир, мы настолько долго общаемся, что уже не замечаем, — потянулся Стас, встревая, — уже настолько привыкли, что иногда просто не замечаем. А по поводу того, что обзываемся, вот тебе пример. Допустим, мне Дим звонит и говорит: «Стас, я себе айфон купил в кредит!». Что я ему могу в ответ сказать? Могу сказать так: «Дима, я считаю, что при твоем умении терять телефоны, брать за приличную сумму в кредит мобильный это не очень грамотный поступок, свидетельствующий о твоих умственных способностях». Но если бы он мне так позвонил, я бы ему просто сказал: «Дима, ты дебил». А так как он все же не дебил, ну почти, то смысловой посыл и мое отношение к его поступку я бы до него донес всего тремя словами, а не пространным предложением. Вот как-то так.
— Мы еще не в очень благополучном районе росли, да и образованием похвастать особо не можем. Накладывает, так сказать, опечаток, — добавил Дим.
— Да ладно, Дим, это у меня девять классов церковно-приходской, а ты-то целых четыре курса отучился! — ухмыльнулся Стас.
— Так у тебя образования нет? — удивленно посмотрела на него Ира, — по тебе не скажешь совсем.
— Ир, не каждый человек который не получил образования, по определению является быдлом и гопником, — улыбнулся Стас в ответ.
Девушка глядела на него своими огромными глазами, чуть кивая своим мыслям. Ну да, школа-дом-институт, и все такое — в свою очередь глядя на нее, думал Стас — хорошая она девушка, молодая очень, но далеко не глупая. Вот опять Ира поправила локон, закусила губу, вроде хотела сказать что-то, но тут дверь грохнула. Этот визитер совсем не затруднил себя стуком.
— Я чего-то не поняла, бойцы! Ты чего, здоровый уже? Что расселись?! Или я как с радио поговорила, когда сказала тебе спать ложиться сразу после обеда, а? — обрушилась Нина Николаевна коршуном на всех и на Алекса персонально.
— Все-все, голуба моя, не кричи. Выходим уже, — с легкостью остановил бешеную бабку Геша. Красавец — прищурился Стас — медуза на всех как собака кидается, а он ей пару пошлых комплиментов, и Нинель уже его слушает.
Жека и Дим вместе пошли к девушкам в гости с ответным визитом, а Геша двинулся за процессом обработки хвостов наблюдать. Алекс допил чай, съел таблетку, которую ему Нина Николаевна дала, и спать завалился. Стас подумал-подумал и последовал его примеру, задернув шторы и завалившись на соседней кровати. Хоть выспаться, а то последние две ночи не до сна было — прошлой пили, а позапрошлой из Великополья ноги уносили.
Совещались уже битых два часа. Вначале народа за столом собралось много, но с постановкой новых вопросов и попытками решать возникающие проблемы уже по задачам были разогнаны почти все. Начальник ЖКХ был послан писать план действий на ближайший месяц по работе своего хозяйства, главврач с начальником РОВД уехали формировать смешанные фельдшерские бригады — вчера уже карету скорой помощи обстреляли в одной из деревень — хорошо водитель сориентировался и смог увести машину. Военком удалился, озадаченный скорректированным по ситуации мобпланом. С ним же ушел замначальника РОВД, с которым они в паре должен был в паре работать над созданием народного ополчения. Периодически из приемной кликали гонцов, и очередной посыльный бежал по местам с указаниями горсовета. В конце концов, за столом остались всего четыре человека — оба Шнайдера, Васильев и его друг Еремеенко, благодаря которому бывший глава района в Красном Бору и смог приют найти, оставив свою должность главы Великопольского района.
— Ну что, господа, — откинулся в кресле старший Шнайдер, осматривая собеседников, — на повестке дня осталось всего два жизненно важных вопроса.
Господа молчали, никто не торопился с комментариями. Все четверо сидели друг напротив друга, почти в одинаковых позах, только старший Шнайдер нависал глыбой во главе стола. Большой, с коротким ежиком светлых волос. Подтянутый, спортивный, для своих сорока лет прекрасно выглядящий. Брату его, который сидел по правую руку, было лет на десять меньше, и выглядел он не так представительно. Такой же, как и старший, высокий и широкий в кости, но гораздо более худой, с нездоровой кожей лица, покрытой сильной угревой сыпью.
А вот Еремеенко в этой компании блондинов выглядел черной вороной — особо на его лице выделялись густые брови, а темные курчавые волосы обрамляли уже приличных размеров лысину. На животе у Еремеенко была огромная трудовая мозоль, а выше уже намечался даже не второй, а третий подбородок. Но глаза цепкие, живые. И хватка у него была железная. Как и у всех, кто собрался сейчас в кабинете неофициального, вернее официального теперь хозяина города.
— Второй вопрос какой? — спросил Васильев, когда молчание затянулось.
— Хм, — слегка улыбнулся старший Шнайдер, — давайте сначала с Великопольскими порешаем.
— А что с ними решать — давай своих подниму и все решим сегодня ночью! — вскинулся молодой Шнайдер.
