Шелби в свою очередь поздоровалась с ней, взглянула на Бена — вид у того был пылкий и немного смущенный — и положила свою ручку в перчатке на ладонь Коди. Он низко наклонился, целуя ее; его острая бородка слегка качнулась. Тут Бен, словно по команде, откашлялся и заявил, что они с мисс Фили пойдут вниз, выпьют чего-нибудь прохладительного.
Коди пристально посмотрел на Шелби:
— Мисс Мэттьюз, мне хотелось бы кое-что обсудить с вами. Не могли бы вы уделить мне несколько минут?
— Разумеется, сэр! Я чувствую себя польщенной!
Это ему понравилось. Сжав ее руку повыше локтя, Коди подвел ее к длинному роскошному дивану в углу гостиной. Что-то в его лице побудило других гостей, находившихся поблизости, оставить их наедине.
— Могу я быть с вами откровенным, мисс Мэттьюз? Когда она усиленно, горячо закивала, он улыбнулся.
— Вы очаровательны, и мне известно, что вы также очень талантливы. Это правда, что вы искусная наездница… и что вы необыкновенно метко стреляете?
— Мне бы не хотелось показаться тщеславной, но — да, это правда, сэр! Я очень люблю скакать верхом и заарканивать лошадей, и особенно — стрелять. Я могу заниматься этим целыми часами. Дядя Бен помог мне освоить несколько замечательных трюков.
Шелби уже снова улыбалась, оправившись после разговора с Джеки Швубом.
— Должен признаться, я боготворю Анни Оукли.
Вид у него был необыкновенно довольный, затем его лицо омрачилось.
— Не знаю, известно ли вам, что и у меня, и у моего шоу «Дикий Запад» выдался очень трудный год. Вы слышали о моем несчастном зяте? Ах да, это же наверняка было во всех газетах… Да, ну и помимо этой трагедии были и другие неприятности. Мой старый друг и компаньон Нейт Салсбери болел и почти не мог разъезжать с труппой… Он тяжело вздохнул:
— Быть может, самым большим ударом было крушение поезда, на котором вся наша труппа ехала год назад. Мы потеряли больше сотни наших цирковых лошадей, среди них был и мой собственный конь Олд Поп.
Шелби ахнула. Глаза Коди на миг затуманились, потом он потрепал ее по руке:
— Да, юная леди, боюсь, это правда. Нам еще повезло, что люди остались живы, но Анни Оукли была так тяжело ранена, что много месяцев провела в больнице.
— О Боже! Я не знала об этом!
— М-да… мы постарались, чтобы это не попало в газеты, надеясь, что она полностью поправится. Однако теперь это кажется маловероятным.
Его завораживающий, властный взгляд остановился на Шелби.
— Признаюсь, в последнее время у нас возникли также некоторые затруднения с деньгами, и я беспокоюсь об успехе нашего предстоящего турне за границу без Анни, которая собирала толпы зрителей.
— Но, полковник Коди, ваша труппа и так до отказу забита звездами, а ваши эффектные зрелища, такие, как нападение индейцев на обоз белых колонистов! Люди к вам валом повалят — с Анни Оукли или без нее!
— Я не собираюсь испытывать судьбу, мисс Мэттьюз. Шелби растерялась. Воздух был густым от сигаретного дыма и духов, от жаркого скопления людских тел и тепла соседней батареи отопления. Для чего Баффэло Билл говорит ей все это?
— Я вижу, вы слишком скромны, чтобы догадаться о моих намерениях, так что не стану больше держать вас в неведении, — весело сказал Коди. — Мисс Мэттьюз, я хочу, чтобы вы заняли место Анни Оукли, исполняя роль девушки-меткого стрелка в шоу «Дикий Запад». Мы отплываем в Англию 15 декабря!
Шелби пристально посмотрела на него, издала легкий изумленный возглас и упала на пол без чувств.
— Я просто не могу поверить, что упала в обморок! — кричала Шелби, и голос ее казался особенно громким в крохотной землянке Вивиан. Она с возмущением потрясла головой: — Не выношу женщин, которые чуть что — хлопаются в обморок! И вот я сама — в такую решительную минуту в моей жизни — вдруг оказалась, в таком дурацком положении!
— Глупышка!
Вивиан рассмеялась и погладила Вилли, который все еще был маленький и легкий, как пушинка. Он был с нею неразлучен, следуя за ней по пятам, пока она занималась домашними делами, а в остальное время, лежа рядом с ней свернувшись клубочком.
— Думаю, это случилось из-за того, что ты была в корсете. Ты не привыкла так затягиваться. К тому же, судя по всему, ты нисколько не упала из-за этого в глазах полковника Коди, так что перестань терзаться.
Они вместе, сидели за обшарпанным столом, накрытым скатертью, которую Вивиан вышила с таким кропотливым старанием. Скатерть, как и все остальное в доме Барта Кролла, была уже истерта и заляпана, там, где он прикасался к ней. Если бы Шелби не так дорога была Вивиан, ноги бы ее не было в этой лачуге. Дом вызывал у нее отвращение с первого дня, когда она побывала здесь душным, засушливым летом, но теперь было даже хуже, так как он совсем не проветривался. Глаза у Шелби слезились от дыма.
Вивиан словно прочитала ее мысли.
