Она распахнула свои глаза и увидела, как на её глазах из-под земли стали вырастать могучие деревья, как сухая земля снова приобретала первозданный вид, как повсюду стали распускаться цветы, как небо стало голубым-голубым! Вокруг запорхали бабочки, весело запели птицы, из чащи стали высовываться различные животные, которые всё равно настороженно глядели на вернувшихся к жизни турионцев. И тут раздался радостный клич Сэлли: из зарослей могучих ив показалась целая стая многохвостых лисиц. Они размахивали своими белоснежными хвостами, зовя к себе когда-то одинокую лисицу.
— ЛИР!!! — послышался крик Мариэллы.
Красивая девушка с седыми волосами бежала, да, именно бежала, к молодому человеку со светло-рыжими волосами. Он растерянно смотрел на свою возлюбленную, а потом поднял её на руки и начал кружить.
— Как я соскучился, любовь моя, — прошептал он и крепко поцеловал её.
Дмитрий и Ариадна подбежали к ним.
— Лир, это твои дети, Ариадна и Дмитрий, — с улыбкой проговорила Мариэлла.
— Я уверен, что из тебя красавица вырастет такая же прирожденная целительница, как и твоя мать, а вот ты, сынок, станешь храбрым рыцарем Туриона, дайте я вас обниму! — радостно прокричал Лир и прижал к себе двойняшек.
Дмитрий за все это время не проронил ни слова. Он потерянно смотрел на этого рыцаря, которого мама назвала их отцом. Да и она сама вернулась к жизни, хотя он видел, как её пронзала стрела. Джейт почему-то смогла возродить целую планету, а его сестра безумно радовалась тому, что покинула Землю, где было так весело. Хотя нет, было весело Дмитрию, а теперь будет ли весело ему здесь?
— Милая, я хочу извиниться за всё, что тогда тебе наговорила, — присела перед Джейт Анастасия, отведя её подальше от Кодогана и Айвы. — Я знала, что говорю, конечно же, не хотела, но знала. Я же чуть не убила тебя, — прошептала она.
— Мама, мы квиты. Я же, типа, убила тебя в зале Обелиск. И то, что ты сказала тогда, все ерунда, потому что ты, папа и Айва снова со мной и больше мне не надо мстить, а только править этой планетой, — произнесла Джейт и обняла свою маму.
— Пора прощаться, Джейт, — проговорила Энди, когда девочка подошла к хранительницам Земли.
— Спасибо, что вернула нас к жизни, — сказала Оникс, взбив свои темные волосы.
— Ты классная девчонка, Джейт! Спасибо за то, что соединила меня с Кристианом, — поцеловала её Лу, оставив на щеке след от малинового блеска.
— Останьтесь на праздник! У нас сегодня народное гулянье! Будут танцы, вина и вкусная пища народа Туриона. Улетите завтра! — стала упрашивать их Джейт.
— Мы не можем, сестрица, — улыбнулась ангельски Энди. — Откуда мы знаем, что больше никто не будет угрожать Земле, нашей Родине. Мы хранительницы и просто обязаны быть там.
— Если вдруг у королевы Туриона появится выходной, проведи его на Земле, а мы обеспечим тебе красочный и беззаботный отдых, — подмигнула Лу.
— Раз вы так решили, — качнула головой Джейт.
Девушки спокойно опустили головы. Они стали на платформу и активизировали свои медальоны-талисманы. Уже через пару секунд они летели к себе домой, а Джейт спокойно смотрела на небо, провожая взглядом золотой, черный и разноцветный лучи.
Как только зашло солнце, на Турионе начались массовые гулянья. Повсюду раздавались радостные крики, песни, смех. Турионцы танцевали в свете разноцветных фонарей, пили хрустальную воду и прославляли избранную. Джейт вышла из дворца в блистательном зеленом платье, подчеркивающем её глаза. Она оглядела толпу: заметила Нешку и Уголек, видела Ариадну, танцующую вместе с отцом, Дмитрия, который настороженно смотрел за происходящим. Не было только одного человека. Девочка пошла дальше, она вышла за пределы селения и замерла — на холме, любуясь спокойной рекой и манящими звездами, сидел Янус, закусив в зубах травинку.
— Привет, — аккуратно произнесла Джейт.
Юноша встрепенулся.
— О, королева, — и он вскочил, желая поклониться.
— Успокойся, ты не обязан это делать, тем более, если мы одни, — присела рядом с ним девочка. — Не забывай, я всё та же Джейт, что и была несколько часов назад на Земле, если я заняла свое место на троне, так это просто обязанность.
— Я хочу извиниться, — неожиданно произнес Янус, Джейт удивленно подняла на него свои глаза. — Я спас тебе только по долгу…
— Ой, хватит — это теперь неважно, — отмахнулась Джейт.
— Нет, важно. Я спасал тебя тогда, не потому что хотел спасти, а потому что должен был, потому что твоя мать назначила меня хранителем! А это гадко!
— Знаешь, мы часто совершаем поступки, которые остаются в наших сердцах навсегда, поступки за которые нам порой бывает очень стыдно и противно. Но ведь ты спас меня и всё, мне ничего не нужно больше. Я живу, мои родители и сестренка живут, ты живешь, — проговорила Джейт.
— Вот именно, ты спасла меня. Просто так. А я…Ты же могла вернуть к жизни свою турионскую гончею, а вместо этого вернула меня, парня, которого раньше даже видеть не хотела! — горячился Янус, впервые его глаза выдавали себя.
