– Мы в пятницу уезжаем в Сен-Тропе, на каникулы. Ты ведь с нами поедешь, да?
Арпад постарался ничем не выдать своего изумления. Софи уезжает с детьми? Значит, это конец. У него перехватило дыхание.
– Дорогие, мне надо отключаться.
– ОК, папа, но возвращайся побыстрей, пожалуйста, мы по тебе скучаем.
Арпад сглотнул подступившие рыдания. Пришлось ограничиться кивком и срочно нажимать на отбой.
В Стеклянном доме у Софи сдавали нервы.
– Давайте скорей, в школу пора, – решительно сказала она, легонько подталкивая детей к двери.
Ей нужно было побыть одной. Выплакаться. Она высадила детей у школы, потом заехала на ближайшую парковку и разрыдалась. Детей гостиничный номер обманул, но решиться разрушить семью она не могла. Это невыносимо. А раз она всему причиной, то и решение за ней. Так больше не может продолжаться. Она должна разорвать все связи с Хищником.
Арпад пришел в себя и промокнул глаза. Потом спустился перекусить в унылую гостиничную столовую. Есть ему не хотелось, просто чтобы вокруг были люди.
Оправившись от потрясения из-за отъезда детей в Сен-Тропе, Арпад мало-помалу вставал на лапы: ничего еще не кончено для них с Софи, наоборот, это может быть только началом. Он будет драться. Они начнут новую жизнь. Он простит ее, они вместе справятся с этим испытанием и выйдут из него с новыми силами. Он будет участвовать в налете и навсегда избавится от Хищника.
Жена будет принадлежать только ему. И больше не надо будет бояться, что этот дикий зверь вернется. Он подумал, что даже хорошо, если дети в пятницу уедут, лучше им быть подальше от Женевы. После налета он поедет к ним на юг. Это станет возрождением их любви, возрождением семьи. Тут он вспомнил про Бернара и разозлился на себя, незачем было его так оскорблять. Он извинится перед ним. Бернар вычеркнет из памяти этот инцидент. Все опять будет как раньше.
Арпаду вдруг страшно захотелось снова оказаться в Сен-Тропе и чтобы Бернар зажал его в углу террасы, а Жаклин утопила в своей болтовне, захотелось повидать несносную свояченицу Алису и хирурга Марка, ее мужа.
Теперь, пятнадцать лет спустя, он все сделает наоборот: сбежит из Женевы и спрячется в Сен-Тропе.
Арпад отправился на ресепшен и сообщил, что остается до пятницы. Потом, чтобы создать себе прочное алиби, поделился с администратором:
– В пятницу уезжаю в Сен-Тропе. Начинаются школьные каникулы, отвезу детей к родителям жены.
Служащий, если его спросят, подтвердит, что в пятницу он отбыл в Сен-Тропе. Лишняя предосторожность не помешает. Потом Арпад вышел из отеля, забрал машину с парковки и уехал.
Сцена не ускользнула от внимания агентов наблюдения, которые с вечера отслеживали каждый шаг Арпада. Женщина-полицейский, игравшая роль постоялицы отеля, слышала его разговор с администратором. На парковке инспектор Марион Брюлье со своей коллегой из угрозыска, сидя в машине без опознавательных знаков, смотрели вслед его машине. За его “порше” двинулась группа слежения, мастера наружного наблюдения.
– Не похож он на налетчика, – сказала Марион, поигрывая картонным стаканчиком с кофе.
– Что значит “похож на налетчика”? – спросила коллега, доедая круассан.
– Не знаю, – улыбнулась Марион. – Но выглядит он как приличный человек.
– Закоренелые преступники вообще выглядят как приличные люди. И потом, если ему не в чем себя упрекнуть, что он делает в гостинице, да еще рядом с аэропортом?
– Может, с женой поругался, – предположила Марион.
Сослуживица промолчала.
– Тот тип из группы быстрого реагирования, который дал наводку, я его знаю…
– И что?
– Скотина. Все думаю, можно ли верить его сведениям.
– Можно быть скотиной и хорошим полицейским. Досье у него лучше некуда.
Марион пожала плечами. Интересно, нашла ли жена Грега ее письмо?
Карин сидела в автобусе, ехала на работу. У нее не выходило из головы это письмо. Она почти не спала. Может, это правда? Может, Грег ей изменяет? Может, она тоже из тех наивных дурочек, что вечно ни о чем не догадываются? А когда он поздно возвращается с очередной операции, может, это и не операция вовсе? И кто написал эти жестокие слова? Там написано, что Грег “грязная свинья”. Может, это какая-нибудь его пассия мстит?
Мужу она, само собой, ничего не сказала. Она еще не готова с ним сражаться. Она попыталась открыть его служебный телефон, но там был пароль, который Грег не сообщал никому. Всегда говорил: “Это не телефон, это орудие производства”.
Карин начинала подозревать, не кроется ли за этими словами что-то еще.
Арпад все утро искал книгу.
