Дикое желание полностью

Он усмехнулся про себя. Прошлой ночью его член, пожалуй, использовался чаще, чем за все последние несколько лет. Они с Юри трахались на берегу реки, затем в реке, занимались сексом в пещере — а затем в пещере еще пару раз, в зависимости от того, как интерпретировать размытые границы между умопомрачительными оргазмами. И вот он здесь, все еще жаждущий большего.

И снова казалось, что это должно быть такой мелочью — он жаждал ее все это время. Но ее хотел Тарген. Это был не просто инстинкт, не просто Ярость. Весь Тарген хотел Юри целиком: сердце, тело, разум, дух и все, что, черт возьми, у него еще было.

Еще вчера он не верил, что она — такая маленькая и хрупкая на вид — может пройти через секс с ним целой и невредимой, не говоря уже о том, чтобы получить удовольствие от этого опыта. Но она взяла все, что он мог дать — она взяла его всего. Она доказала, что его страхи были необоснованны. Она не сломалась и не убежала, она вонзила свои маленькие коготки глубже и потребовала большего.

Его зоани была такой же жесткой, сколь и умной, доброй, забавной, энергичной и красивой — и она была почти такой же ненасытной, как Тарген.

Его рука сжалась еще крепче, увеличивая давление на член. Он освежил ее запах в своем носу еще одним глубоким вдохом. Ее пьянящий аромат окутал разум сладким, туманным облаком.

Блядь, она потрясающе пахнет. Выглядит, звучит, ощущается и на вкус тоже потрясающа.

Едва сдерживая голодное рычание и возбужденную дрожь, Тарген наконец открыл глаза, оставив веки прищуренными. Через отверстие в пещере проникал лишь слабый намек на серый свет — тот мрачный свет, который был намеком на восход солнца, из-за которого казалось, что солнце не уверено, хочет ли оно встать с постели или отоспаться после похмелья.

Таргену и Юри сегодня нужно было встать пораньше. Вчера, выйдя из реки, они рискнули остановиться у ловушки, и Юри осталась на страже, пока Тарген проверял контрабандистов на предмет припасов более тщательно, чем в приступе Ярости.

Поиски заняли больше времени, чем он предполагал, благодаря голокомам на запястьях контрабандистов. Эти устройства заставили вспыхнуть маленькую искорку надежды в его груди — по крайней мере, до тех пор, пока трюк, который показал ему Аркантус, позволяющий обойти простые коды безопасности, не подтвердил, что никаких доступных сетей и связи дальнего действия нет. Единственное, с чем мог взаимодействовать голоком, который он подобрал, — это с другими голокомами поблизости.

К тому времени, когда они закончили и вернулись в пещеру, уже почти стемнело. Он, вероятно, настоял бы на немедленном уходе — учитывая, что этот район был под угрозой, — но у него не было желания бродить по ночному лесу, в то время как скексы и контрабандисты рыскали по округе, особенно без гарантии найти новое убежище.

Все его желание было направлено на Юри… и, черт возьми, так оно и осталось.

Она слегка подвинулась, коснувшись нежной кожей его твердого члена. Тарген тихо зашипел сквозь зубы, не в силах игнорировать вспышку удовольствия, вызванную этим крошечным движением. Он скользнул рукой вниз от ее живота к тазу.

Да, им нужно было встать пораньше. Но не слишком рано.

— Ммм. — Юри потянулась к Таргену, когда его пальцы коснулись аккуратного маленького участка волос на ее лобке, и она выгнулась навстречу его прикосновениям. — Уже утро?

— Едва ли, — пробормотал он, опуская руку ниже.

Она без колебаний раздвинула бедра. Он просунул пальцы в ее лоно и обнаружил, что она насквозь мокрая. Каким-то образом его член напрягся еще больше, яйца заныли в ожидании разрядки, несмотря на то, сколько раз он изливал семя прошлой ночью. Его землянка была маленьким нуждающимся существом, и ему это чертовски нравилось.

— Думаю, я могу дать тебе поспать… — он коснулся ее клитора легкими поглаживаниями, взад и вперед, дразня чувствительную плоть.

У нее вырвался звук — наполовину мурлыканье, наполовину стон — и она наклонила таз, навстречу его прикосновениям. Тарген усмехнулся и убрал пальцы с клитора, чтобы обвести его, оказывая чуть большее давление. У Юри перехватило дыхание.

Он уткнулся носом в местечко между ее шеей и плечом, вдыхая сладкий аромат. Ее мягкие волосы щекотали ему нос и щеки. Она протянула руку и обхватила ладонью его затылок, проведя большим пальцем по его шрамам. Каждый прерывистый вдох и тихое мяуканье удовольствия заставляли его член подергиваться, исторгая семя из головки по мере того, как он увеличивался в объеме.

— Тарген, — прошептала она, покачивая тазом и потираясь задницей о его ствол в такт движений его пальцев.

Его яйца напряглись, а удовольствие скрутилось внизу живота, заставляя его приоткрыть губы и прерывисто выдохнуть. Этого небольшого трения было бы достаточно, чтобы кончить, если бы оно продолжалось долго — или даже не очень долго.