А вот при наступлении сильных холодов и в многоснежные зимы сайгакам приходится, как говорится, бежать наперегонки со смертью. Тогда они движутся строго по направлению ветра, не разбирая дороги, пересекая железнодорожное полотно, мимо человеческих поселений, не страшась никакой опасности, — только бы побыстрее. Волгу сайгаки пересекают лишь зимой. В суровую зиму 1953/54 года при резком западном ветре по волжскому льду переправлялись на другую сторону целые полчища сайгаков. В особенно тяжелые бескормные зимы, которые перепадают примерно раз в 10 или 12 лет, при сильных снегопадах, ураганном ветре и больших морозах несчастные животные нередко забредают на лед Каспийского моря, где пытаются прокормиться за счет засохшего тростника, камыша и хвороста, отчего вскоре погибают. Если снежный покров толщиной более 20 сантиметров продержится дольше двух недель — это верная гибель для сайги. А поскольку во время сильных снегопадов все животные одновременно направляются в одну и ту же сторону, то такое стадо лавинообразно нарастает до огромных размеров.
В общем и целом сайга смещает места своего летнего выпаса зимой к югу на 250–400 километров. Особенно засушливые годы, например с 1945-го по 1951-й, или снежные, как с 1948-го по 1950-й или 1953/54 год, вынуждают сайгу совершать более длительные кочевки. И несмотря на то что в суровую зиму 1953/54 года из восстановленной «европейской» сайги, численность которой тогда уже достигла 180 тысяч голов, 80 тысяч погибли от голода и холода, тем не менее оставшаяся часть в поисках кормов вынуждена была разбрестись далеко по соседним районам, и таким образом этим неутомимым животным удалось снова занять свои некогда утерянные владения.
Несметные кочующие стада сайгаков представляют собой незабываемое зрелище. Случается, что они идут непрерывным потоком шириной от 1 до 1,5 километра. Иной раз в течение пяти-шести дней мимо вас непрерывно может следовать со скоростью 10–20 километров в час полчище в 60, а то и в 100 тысяч голов! Так было, например, весной 1958 года, когда непогода задержала их дольше обычного на юге и, торопясь поскорей попасть в места окота, сайгаки шли безостановочно, даже ночью.
И вот что интересно: из множества видов растений, входящих в меню степной антилопы, 13 процентов не потребляется никакими другими дикими животными, ни домашним скотом (из-за наличия в них ядовитых веществ или повышенного содержания соли). Но именно такие растения и составляют наиболее привычное пропитание сайги. Пока в степи еще можно найти сочные стебли, сайга не пьет. Но по мере продвижения засухи на север животным приходится каждый день покрывать все большие расстояния, чтобы добраться до еще зеленых растений. И только с наступлением настоящей засухи они начинают искать воду. Причем на водопой сайгаки идут гуськом, выстроившись цепочкой. При этом они раздувают свой «хобот», покачивают им слегка из стороны в сторону, входят ногами в воду и жадно пьют, сдвинув нос в сторону. В воде каждая особь проводит не больше семи-восьми минут.
Их комичные носы выдают тот факт, что эти животные уже испокон веков приспособились к быстрому и продолжительному бегу по пыльной степи: передние полости носовых ходов способны широко раздуваться, а ноздри обращены вниз, и притом они маленького размера. Как правило, при вскрытии таких носов в них находят комки спрессованной пыли, сцементированные слюной. Нечто подобное, но уже не столь явно выраженное можно найти и у крупных африканских антилоп-гопи, некоторых мелких антилоп-дукеров, а также у верблюдов.
Обычно сайгаки бегут иноходью, развивая без особых усилий скорость от 70 до 80 километров в час. Если же они спасаются бегством, то прежде всего подскакивают высоко в воздух, чтобы получше рассмотреть, откуда им угрожает опасность, а потом уж переходят на галоп. Спасаясь бегством, они стараются придерживаться равнинной местности, такой, как, например, высохшие ложа озер, а препятствия обегают кругом, вместо того чтобы перепрыгивать через них. Слух у них неважный, и обоняние тоже не играет столь уж важной роли, потому что для их родины характерны воздушные течения, резко поднимающиеся кверху. Зато зрение у сайгаков превосходное: опасность они замечают на расстоянии, превышающем 1 тысячу метров!
