Белкино сердце ёкнуло, и она побледнела. Ну вот, снова что-то сделала не так, снова выдала себя. И вдруг почувствовала чью-то тёплую руку на своём запястье. Светлана стояла рядом и тепло улыбалась. "Всё хорошо", – прошептала она одними губами, а вслух произнесла:– Мы нашли.
Целительница окинула девушку цепким взглядом, задержалась на её голом животе и осуждающе закивала:– Ну, тогда понятно, – попыталась она улыбнуться, – У деванок почти нет целителей. От них совершенно не знаешь, чего ожидать! – затараторила она и осеклась, поняв, что переступила границы вежливости.
Светлана даже бровью не повела, а Радмила засуетилась, пытаясь сгладить неловкую ситуацию:– Чья это лошадка? – спросила, пожалуй, даже слишком заинтересованно.
– А это провинившаяся кобыла нашего постояльца, тётя Рада, – весело сообщила ей Белка, – И есть хорошая новость. Похоже, искать кузнеца в другом городе не придётся. Наш раненый – Стожар Везнич – новый кузнец Мудрограда.
– Очень хорошо, – прошепелявила целительница, – Новый кузнец, значит, – она сверкнула глазками в предвкушении свежей сплетни, – Больной должен прийти в себя к вечеру. Когда очнётся, показан отдых, много питья и хорошее питание. Если что-то пойдёт не так – вызывайте.
С этими словами Матрёна, кряхтя, забралась в ступу и нетерпеливо взмыла вертикально вверх, даже не прощаясь. Радмила вежливо помахала ей вслед рукой:– Премного благодарны! – громко крикнула она и пробормотала, переводя дух, – Ну, зато целительница, что надо.
Всё ясно. По крайней мере, сплетня будет не о ней, – с облегчением подумала Белка. Рядом с яркой красавицей Светланой (как там назвала её Матрёна – деванкой? Надо бы поподробнее разузнать, что это значит), её методы первой помощи попросту меркнут. Причём, вместе с короткой стрижкой, которую городская сплетница, судя по всему, элементарно не заметила. Что уж говорить о нарисовавшемся в доме молодой вдовы здоровяке-кузнеце! Эта новость повкуснее Тунгусского метеорита будет. Белка устыдилась собственных мыслей и виновато взглянула на обеих стоящих рядом женщин.Тем временем стражник, заметив, что на него никто не обращает внимания, пробормотал какие-то прощальные слова и потопал обратно к воротам города, бросив на Светлану последний взгляд, полный безнадёжного обожания. На этот раз – мысленно заметила Белка – почтительного, а не похотливого обожания.Радмила, обречённо вздохнув, пристально посмотрела на девушек и улыбнулась Светлане:– Я Радмила Тихомирова, – простодушно сообщила она, – По-моему, мы не знакомы.
– Светлана Валдай, – представилась Света, кивнув, – И, если не возражаете, мне пора.
Белка закусила губу. В суете сегодняшних событий она успела почувствовать невольную симпатию к этой спокойной, немногословной девушке.– Мне ещё нужно устроиться на постоялом дворе, – продолжала Светлана, – Если хотите, пристрою там и эту норовистую лошадку, – кивнула на рябую кобылу.
Беляна искренне огорчилась, осознав, что ей совсем не хочется расставаться с новой знакомой. Возможно потому, что она оказалась такой же необычной, какой ощущала себя сама Белка в этом мире. 
