– Может, проще новую купить? – пробормотала Светка, – Дорого, конечно, но…
– Нет, – покачала головой Белка, – Это ступа моей мамы.
– Хмм… – изумлённо произнесла она, – Похоже, Ступка-то тебя признала!
– Она что, живая? – взволнованно прошептала Беляна так, чтобы не услышал Стожар.
– Твоя мама так и называла её – Ступка.
– Не совсем живая, конечно. Но ни в коем случае не говори этого при ней!
– Почему она такая потрёпанная? – пробормотала себе под нос.
– Ох! – покачала головой Рада, – Если бы ты знала, в скольких переделках они с твоей мамой побывали, то не спрашивала бы.
– Недельки через три будет в порядке, – пробасил сверху голос Стожара, – Пест к ней где?
– Не сохранился, – огорчённо добавила Радмила и вздохнула.
– Ничего, сделаем, – успокоил её кузнец.
– Три недели? – расстроилась Белка.
– Ну, – попытался оправдаться Стожар, – нужно ещё, чтобы лак просох…
– Знаешь что, милая, – вступила Радмила, – Этой премудрости – полётам в ступе – вас начнут учить только на втором курсе. И то, освоят её не все.
– Мы с Цветаной за это время смастерим для тебя новую нарядную подушечку. Бархатную, – улыбнулась она, прикоснувшись к плечу Беляны.
– А подушечка зачем? – растерялась девушка.
– А вон там видишь – внутри скамеечка. Твоя мама предпочитала летать с комфортом.
– Как кукушка, кстати? – спросила Белка, чтобы немного отвлечься от невесёлых мыслей.
– Не кашляет, – улыбнулась Радмила, пропуская Беляну в дом, – Зато постоянно требует мёда. Ты разбаловала мне птичку. У меня в часах теперь совершенно здоровая, но беспредельно наглая кукушка!
