— Он ни за что не простит мне, если я буду экспериментировать не на собственной ноге, а на растении, — весело добавила Белка и переломила ветку, — Ведь не имеет значения — возвращаю я форму человеческой коже или лубяным волокнам? — она задорно улыбнулась, — Если я неправильно поняла Вас вчера, можете меня выгнать.
Лицо Кудера просветлело:
— Ни за что, деточка! — Он по-отечески приобнял её, похлопав по плечу, — Пойдём. И веточку прихвати. Как назвала кошечку-то?
— Вита.
Учитель тихонько загоготал в своей неповторимой манере.
— Ну-ну…
В кабинете лицо Кудеяра сразу изменилось. Куда и исчезли благодушие да весёлость. Он повелительным жестом приказал Белке сесть, а сам устроился напротив. Менторским тоном, не терпящим возражений, он, как и вчера, чеканил каждое слово:
— Очень важна концентрация.
Если ты неверно понимаешь форму того, куда направляешь поток силы, или отвлечёшься на иную форму, то вместо поломанной кости вырастет, к примеру, хрящ.
Чтобы излечить лапку котёнка, надо вложить в поток энергии недюжинное понимание. Знание о строении костей аккурат в этом месте, именно у котёнка, и как раз в этом возрасте. Особенностей строения сухожилий, кровеносных и лимфатических сосудов, кожи и даже шерсти.
Если не правильно рассчитаешь и сконцентрируешь силу, она может не излечить, а покалечить. И на месте ожога получится, например, язва. А кость превратится в песок. Или исчезнет царапина, но появится перелом. И даже вопреки желанию, это будут очень тёмные чары.
Направь на рану поток целебной силы, вложи в него познания о том, как должно быть. Не приступай к каждому конкретному случаю, не обладая достаточными знаниями. Начиная работу, ни в коем случае не отвлекайся. Не пытайся исправить, вернуть, как было раньше, сшить или залечить. Просто сообщи, как нужно.
Шел третий час занятия, когда Кудеяр поднёс к глазам безупречно гладкую и упругую, а так недавно ещё сломанную ветку.
На лбу у Белки блестела испарина, но она сияла от счастья. Создать веретено из силы и энергии ей удалось довольно быстро. Правда, оно пока напоминало кое-как смотанный клубок. Да и сломанная ветка восстановилась далеко не с первой попытки — получались то ниточки, то шишечки, а однажды даже нечто, похожее на пластырь.
Но терпению целителя, казалось, нет конца. После каждой неудачной пробы он спокойно объяснял ей, в чём ошибка. Белка удивлялась, как при таком внимании преподавателя Целительства к студентам, хоть кто-то из них не осваивает техники лечащего веретена.
Не то, что Лесогор. Тот выбрал себе одну любимицу — Олесю. И ни с кем больше не возится. Никому не ставит оценки выше, чем "хорошо". Может, у Леси, конечно, тоже дар, которого нет у неё, Белки. Ну и что? Невозможно обладать всем, и несправедливо поощрять только одарённых студентов. Другие ведь тоже стараются.
— Иди, деточка. Отдохни. Ты умница, — наконец, произнёс Кудеяр, — Не пытайся пока делать что-либо без меня.
— Обещаю, учитель, — устало промолвила Белка.
Два раза в неделю Беляна занималась с Кудеяром. Прилежно и терпеливо, стараясь, чтобы увлечение не влияло на успехи в других дисциплинах. Но целительство отныне занимало все её мысли и чувства.
— Не направляй энергию глубже, чем это требуется, — учил её Радованыч, — Если это царапина, не надо лечить кость. Ты думаешь о коже — её и создавай. На неглубоких порезах веди поток силы вдоль раны, а не вглубь неё.
На уроке у Догадовны, проколов палец, она специально попросилась выйти. А вернувшись через пару минут, так сияла, что Светлана не выдержала:
— Я сейчас ослепну от твоего счастья, — прошептала она, — Ты что, влюбилась?
— Я себя исцелила! — с гордостью призналась девушка на ухо подруге.
Её веретено постепенно выровнялось и вытянулось, превратившись в небольшое, но сияющее и белоснежное. Кудеяр, довольно потирая руки, признался, что такое веретено свидетельствует об исключительно положительной энергии ведуна, его сотворившего.
На одно из занятий Белка принесла синюю куриную тушку. И с важностью уложила пациентку на предварительно расстеленную салфетку.
— Я уже ничему не удивляюсь, — рассмеялся Кудеяр, почёсывая бороду, — Но ты уверена, что знаешь достаточно для такой работы?
— Да, учитель, — твёрдо ответила Беляна, скромно умолчав о том, что была отличницей по биологии. А её бабушка преподаёт цитологию и гистологию в университете.
— Ну что ж, пробуй, — согласился Кудеяр, и они оба склонились над несчастной птицей.
Клеточное строение в её мире изучалось в основном на примере тканей человека. Вероятно, поэтому исцелённая куриная кожица напоминала скорее человеческую, а мышцы имели заметный красный оттенок и довольно плотную структуру. Но Белку этот факт только радовал. Сомнительно, чтобы ей пришлось исцелять кур. Она ведь не собирается становиться ветеринаром. Хотя с другой стороны, что было бы с её Виткой, не умей Кудеяр исцелять котят?
Радованыч, конечно, гений. Ей, Белке, ни за что такой не стать. Но если она будет усердно заниматься, то возможно когда-нибудь сумеет спасти кого-то от смерти. А это дорогого стоит.
