Штурман не успел на подмогу. Он нанес китайцу удар в затылок, когда тот уже отступал от поверженного старпома. Но свалить здоровяка с ног оказалось не так-то просто. Несмотря на сильный удар, китаец умудрился устоять. Что происходило дальше, не могли толком понять и увидеть даже сами участники рукопашного боя. Дым, валивший из пробитой трубы, как туман, накрывал дерущихся. Его не мог рассеять даже солнечный свет, лившийся из мутного, давно не мытого иллюминатора.
Владелец моторной яхты «Парадиз» Ким с невозмутимым видом сидел в компьютерном кресле. В полу сиял прожекторным светом распахнутый люк. Толстое ударопрочное стекло отделяло трюм от воды. То и дело в желтом свете прожекторов вспыхивали блестками мелкие рыбки. Двое охранников-китайцев с автоматами в руках стояли в некоторой растерянности. Им было удивительно, что стекло легко выдерживает и их вес с одной стороны, и давление воды – с другой.
Ким добродушно улыбнулся и даже подмигнул:
– Можете даже попрыгать. Стекло закаленное, и слона выдержит.
Один из охранников улыбнулся в ответ и чуть заметно опустил ствол оружия. Второй же оставался настороже. Ну не нравилось ему то, что этот хитрый американский вьетнамец совершает какие-то ненужные движения и поступки. Все непонятное заставляет человека быть подозрительным. Ким прекрасно понял настроение охранника и попытался развеять его сомнения.
– С открытым люком никто к яхте не подберется. Мы всех и все видим под нами.
И тут со стороны «острова погибших кораблей» донеслась беспорядочная стрельба. Ким с искренним испугом посмотрел на охранников.
– У мистера Бьорка не было оружия, – напомнил он.
Его напоминание проигнорировали. Он стал для охранников чем-то вроде мебели. Его не замечали, пока вел себя тихо и не высовывался.
– Оставайся здесь, – бросил один китаец другому, – а я на палубу.
Здоровяк передернул затвор автомата и взбежал по крутой, гулкой лестнице. Оставшийся в операторской охранник уже не сводил глаз с Кима и «вострил уши». Стрельба на острове продолжалась.
Здоровяк стоял на палубе яхты, прижавшись спиной к надстройке. Автомат нервно подрагивал в его руках. Китаец вслушивался – одновременно стреляло как минимум пять стволов. Стрельба, несомненно, велась в надстройке ржавого сейнера. Из трубы валил дым. Неровно стучал дизель. Китаец выхватил рацию, отчаянно затараторил в микрофон:
– Командир, командир… что происходит? Прием, – но никто ему не отвечал.
Боец не привык к самостоятельным действиям. Все его поступки определял приказ командира. Малейший намек на дилемму или альтернативу приводил к ступору в мозгах.
– Что делать? Оставаться здесь? Идти на помощь? – Он никак не мог принять окончательного решения.
В конце концов колебания кончились. Звуки боя манили его. Он уже готов был спустить на воду надувную лодку, как стрельба на сейнере смолкла, и вновь китаец засомневался: остаться или идти на подмогу командиру, возможно, он уже и сам справился?
Китаец, оставшийся внизу, нервничал еще больше своего товарища. Оно и понятно, он не видел того, что происходит на острове. А потому и предполагал худшее. С нервничающим человеком дело иметь опасно. Тем более если у него в руках готовое к бою оружие, а у тебя его нет.
Ким, сидевший в кресле вполоборота к пульту управления, указал пальцем на экран:
– Необходимо прекратить зарядку. Напряжение скачет, – хрипло проговорил он и вопросительно посмотрел в глаза охраннику.
Тот коротко кивнул, словно отмахивался от просьбы. Мол, делай, что считаешь нужным. Китайца больше занимало то, что происходило сейчас с его командиром и товарищами. Ким демонстративно медленно повернулся вместе с креслом к пульту управления и защелкал клавишами, то и дело несвязно приговаривая:
– Черт… ну, выгружайся же скорее… ага… запустим приложение…
Китаец, чью бдительность усыпило бормотание Кима, поддался искушению узнать, что делается наверху. Он подошел к лестнице и, задрав голову, позвал:
– Эй, ну что там?!
Ким четко все рассчитал. Он был не только хорошим техником, но и психологом. Предвидел и просчитывал поведение охраны. Провоцировал действовать их так, как ему нужно. Нелишней оказалась и предусмотрительность владельца яхты. Под выдвижной клавиатурой пульта в потайном отделении он всегда держал заряженный, с досланным в патронник зарядом пистолет. Ладонь южного вьетнамца скользнула в потайное отделение. Пальцы обхватили рифленую рукоятку. Беззвучно щелкнул предохранитель. В какие-то доли секунды Ким выхватил оружие, направил ствол в спину своему охраннику и без колебаний дважды нажал на спуск.
