Я, Филч, эльфы, получившие отработки неудачники и прочие причастные и непричастные пахали, как ударники социалистического соревнования в последние дни перед досрочным октябрьским окончанием пятилетки. Оказывается, далеко не все можно сделать щелчком тонких эльфийских пальцев, приходится приложить и свою магию, а иногда и абсолютно по-маггловски, просто руки.
Из ада подготовительных работ я вышел подобно средневековому голему: тупой фигурой из глины, глаза которой абсолютно ничего не выражают из-за силикатного наполнения головы. Буквально вчера, то есть в середине октября, за две недели до появления иностранных делегаций внезапно до всех дошло, что оставить жить приезжих в своих транспортных средствах — это верх негостеприимства. Так что преподаватели и все неудачно для себя попавшие под горячую руку студенты в срочном порядке начали расконсервацию и подготовку жилых помещений в двух башнях, расположенных над живущими в подземельях факультетами. А работы там было столько-о-о-о… На этом фоне даже вызов к Дамболдору — радость, тем более, ни в чем таком новом я за последнее время не замазался.
Или не совсем радость. Потому что в кабинете у дымолетного камина меня встретил мой "отец". Попал я явно к концу беседы, так как после обмена репликами:
— Не волнуйтесь, директор Дамблдор. Он вернется в Хогвартс. Могу дать непреложный обет или поклясться своей магией.
— Что вы. Не нужно… Вашего слова вполне достаточно, — Крэбб просто указал мне на камин.
Делать было нечего. Я легонько пожал плечами и со словами "Крэбб-мэнор" бросил в директорский камин щепотку дымолетного порошка. Выйдя из камина в мэноре, ну не могу я никак назвать это место своим домом, я первым делом привел себя в полную боевую готовность. Судя по всему, Крэбб вытащил меня из Хогвартса не пирожками с повидлом побаловаться, так что в приближающейся весьма вероятной схватке не на жизнь, а на смерть, мне понадобятся все имеющиеся у меня козыри.
Для начала, я аккуратно снял мантию и кинул ее в ближайшее кресло. С одной стороны, конечно, мантия пусть и слабый, но все же хоть какой-то защитный артефакт (именно поэтому она обязательна для ношения на уроках в Хогвартсе и, к сожалению, совсем не чинится магией), но с другой — ее покрой настолько убогий, что быстро и резко двигаться в этом убожестве просто невозможно. У того же Снейпа, кстати, как рассказывал Драко, мантия далеко не стандартная. Именно поэтому движения зельевара настолько… эффектны.
Вторым действием я заменил волшебную палочку. Любимую, купленную заграницей (удачно, что сегодня она оказалась со мной, редкий случай), я переложил из заспинной кобуры скрытого ношения в штатную наручную, а слабую, одобренную Министерством Магии, — убрал на место сильной. В принципе, здесь, в мэноре, в моей комнате лежали еще две запасные, на всякий случай, так что безоружным, даже потеряв обе имеющиеся с собой, я не останусь.
Для сокрытия дополнительной кобуры моя одежда вполне себе подходила: под мантией у меня была надета белая рубашка и брюки. В отличие от большинства остальных чистокровных я носил не рекомендуемые традицией подтяжки, а вполне современный ремень, так что теперь я мог со спокойной душой выпустить рубаху и прикрыть ею кобуру с запасной волшебной палочкой. Как бы я выглядел с незаправленной рубашкой, носи я брейсерсы, а не ремень, мне было страшно подумать, ибо даже мое практически атрофированное желание "помодничать" вставало на дыбы от одной только мысли о таком позоре. "А если впереди какой-то прием чистокровной аристократии, а я как гопник из подворотни перед гостями предстану? Да и не мальчик уже, чтобы выглядеть как подросток, дешево понтующийся антиродительским бунтом!". Впрочем, вид я и так приобрел абсолютно расхристанный и небоевой, что являлось на случай потенциального боя дополнительным плюсом. Буду считать это маскировкой вроде костюма Гилли. Этакий социально-урбанизированный вариант.
Какая чушь только не лезет в голову от волнения…
