Четвертая группа на взгляд Крэбба была самой безвинной среди Пожирателей. Имеется в виду, по способу присоединения и желаниям, а так кровь лили без счета все Упивающиеся. В эту группу входили те маги, в основном владеющие каким-то чрезвычайно важным для Волдеморта ресурсом, которым "сделали предложение, от которого нельзя отказаться". Селвин, Малфой и некоторые другие, быть может, и не хотели лезть непосредственно в Упивающиеся, а остаться просто сочувствующими, но… Выбора им не оставили.
Хм… Похоже, насчет Малфоя стали ясны истоки того, почему он в итоге предал Темного Лорда.
Побудительные мотивы пятой группы были самыми простыми, даже проще, чем у третьей. Те хотя бы руководствовались средне— и дальнесрочной перспективой, а эти… "Ограбить, потешить похоть, пустить кровь, убить, пытать, увидеть в глазах жертвы ужас и бессилие, и плевать, что будет потом!" — вот кредо этой самой многочисленной группы. Из громких и чистокровных имен тут были только Пиритс и Роули, а остальные — безвестные и безымянные маги, сгинувшие в Азкабане, убитые в бою, по-тихому приконченные без суда или бежавшие на континент. Самое смешное, что среди них для ратующей за чистую кровь организации было изумительно много полукровок и даже, о ужас, магглорожденных! В принципе, это было совершенно естественно и легко объяснимо. Для того, чтобы набрать армию только из чистокровных, Волдеморт был бы вынужден подгрести под свои знамена даже Дамблдора!
Сноска. Винсент, ты совершенно правильно отметил в том своем ученом диспуте динамику прироста чистокровных и грязнокровных магов. Конец сноски.
Не нужно думать, что эти группы были абсолютны и неизменны. Со временем, по ходу боевых действий, многие меняли и дополняли свое мировоззрение, и таким образом пополняли своими именами кроме основной прочие категории. Так, например, несчастную Беллу к концу войны можно было смело записать в каждую группу и не сильно ошибиться, а желание Малфоя "сохранить" трансформировалось в "преумножить".
Глава 11. "Триумфальное" возвращение в Хогвартс
Возвращение в Хогвартс новоявленного лорда не сопровождалось праздничным салютом или торжественными фанфарами. Никто не ждал меня у ворот с хлебом-солью, никто не раскатывал красную ковровую дорожку, никто не желал припасть ниц и поцеловать край моей мантии… И это правильно, иначе для чего я специально так подгадывал время возвращения, чтобы все дети и учителя точно были на уроках?
Никого не встретив по дороге, я добрался до факультетской спальни, кинул в сундук сумку с вещами и быстрым шагом отправился в свой личный читальный зал.
— Устав Хогвартса. Том о правах и обязанностях полноценных признанных лордов, обучающихся в школе, — сказал я в пустоту стойки библиотекарши старой советской районной детской библиотеки. Выручай-комната все еще продолжала принимать именно такой вид, несмотря на то, что пару раз я пытался представить себе отделанные мрамором залы Публички.
Тем временем на пюпитре передо мной появился толстый том Кодекса Хогвартса, услужливо раскрытый на нужной странице.
