Диктатор полностью

Микстура, почти как все те, что я пробовал здесь, оказалась на вкус просто омерзительной. Хотя я точно знаю, что приятные на вкус аналоги есть практически для каждого зелья, в Хогвартсе такие почему-то не используют. Может потому, что они заметно дороже. А может и для того, чтобы попавшие в Больничное крыло более емко прочувствовали результаты своей неудачливости и лишний раз подумали, прежде чем доводить до такого снова. Короче говоря, как бы там с этим самым пресловутым вкусом дело ни было, но лечебный эффект от зелья появился сразу. Головокружение, тошнота и ломота в теле, как будто я без остановки и привычки разом перекопал целое поле картошки, очень быстро прошли.

Помфри ушла, перед этим пообещав выпустить меня завтра к ужину, или послезавтра — с утра. Чтобы хоть как-то унять скуку, я приподнялся на кровати и огляделся по сторонам.

На соседних кроватях лежали Малфой, Гойл и Забини и тихо переговаривались. Так же тихо переговаривались лежащие чуть дальше рейвенкловцы и… гриффиндорцы. На койку загремел лысый Томас и все четыре участвовавших в драке младшекурсника. И, что характерно, никакого желания продолжать драку прямо здесь и сейчас ни одна из сторон не проявляла. Мне такое вот отношение понять очень трудно. Слишком уж я для такого эмоционален. И вообще: враг есть враг, друг есть друг… а тут такая идиллия.

Впрочем, Больничное крыло по неписанным школьным правилам считалось демилитаризованной зоной. В отстаивании своих пациентов мадам Помфри была очень изобретательна. Настолько, что даже записные шутники-Уизли вели себя там паиньками. Мне рассказывали, что были внушающие страх прецеденты, где фигурировали клизмы с бодроперцовым и прочие ужасы… Так что могли подловить прямо у его двери, но достаточно было пересечь порог, и жертва приобретала иммунитет к преследованию. Пусть только до выхода за пределы, но факт есть факт.

Кстати, такое отношение к медикам присутствовало далеко не только в школе. Скорее, оно как раз в школу из "внешнего" мира и пришло. Несмотря на то, что в магическом мире серьезные по маггловским меркам раны проходят по графе "легкие телесные повреждения" и лечатся с соответствующей простотой и скоростью — в течение двух-трех дней, многогранность магических практик (и соответствующая широта возможностей ошибиться с катастрофическими последствиями) заставляет к врачам относиться как минимум с уважением. Та же аполитичность Мунго в Магической Британии вошла уже в поговорки.

Например, Барти мне однажды рассказал смешную историю. Про то, как ему в компании нескольких друзей после приватной встречи с командой Ударного Отряда (случайно пересеклись в Лютном — пришли за одним и тем же контрабандистом) пришлось как-то прилечь там на койку. А в соседней палате лечили того самого мага, который обеспечил ему этот отпуск. Крауч даже имел наглость посетить соседа и поговорить со своим противником. А что такого? Упивающиеся-то, в отличие от министерских магов и орденцов, скрывали свои лица масками, так что добропорядочный молодой человек проходил по документам таким же пострадавшим от Упивающихся, как и его визави… Но это формально. А реально — дураков не сложить два и два было мало. Все всё понимали, но все равно продолжали оказывать медицинские услуги…

Так как гриффиндорцы смотрели волчатами и отвечать на мои вопросы не хотели, восстанавливать картину произошедшего пришлось из проклятий и матов слизеринцев. И картина это оказалась ожидаемо печальная.

Как я там думал тогда? "Воинское счастье переменчиво". Вот эта аксиома лишний раз подтвердилась на нашем личном примере…