— Тем более, что время тратить на объяснения, если все равно потом все это стирать? — уже поживее добавил включившийся в игру Эрни.
— Да! Я тут нашел в библиотеке новое заклинание! — загорелся Захария. — Закачаетесь! В буквальном смысле!
— Да! А ну-ка, парни, покажите, чему вы тут без меня научились? А то в хвастливые заверения просто так и не поверишь…
И парни показали. Поединки "два на два", "один на один" и "двое на одного" оказались очень техничными. А "трое на одного" — еще и эффектными, правда, короткими. Стараясь похвастаться передо мной и чужаком, ребята выложились по полной, раскрыв все, на что сейчас способны. Заодно, в формате схватки "один на один" легко и просто выявился самый сильный. Как это ни парадоксально, но сегодня, как и в последние дни, лидировал не кто иной, как единственный среди нас магглорожденный (это если меня не считать) — Джастин Финч-Флетчли. Второе место занимал Захария. Совсем чуть-чуть от него отставал Эрни. Ну и самым слабым сейчас оказывался Уэйн.
Почему — лучший
Стимул утереть нос ближнему своему — один из самых действующих даже для взрослых, а уж в этом возрасте — и подавно. Благодаря ему парни с остервенением рылись в библиотеке, приводя в изумление оккупировавших ее рейвенкловцев. Что там говорить, если благодаря удачной работе с рукописными и печатными источниками даже Уэйн тройку дней находился на вершине, пока остальные сообща не подобрали действенный контрприем. Конкуренция — конкуренцией, а хаффлпаффскости (дружно) и практичности (совместно, втроем, найти решение можно в три раза быстрее, чем поодиночке) никто не отменял.
Размялся и я. Четверых противников уже не тяну, да и троих — не любых. Но произвольная двойка хаффлпаффцев мне все равно все еще стабильно проигрывает. Печально, но судя по тому, что ни один из моих учеников не перешагнул невидимую границу и пока не может выстоять один против двоих, ожидать от них каких-то чудес в драке не следует.
Но это только пока. Как бы там ни было, прогрессировали парни просто с чудовищной скоростью. Вон, сегодня в спарринге это было, пару-тройку заклинаний из бытовой магии даже я не додумался так эффективно применять в бою. Вот что правильная мотивация делает! Не знаю, чем именно и как Армия Дамблдора с Поттером там занимаются, но до нашего уровня им еще расти и расти. Все же я честно и откровенно делюсь со своими всем тем, что узнал сам. Ну а
Спустя пару часов мы, почистившись заклинаниями, сидели за столом и с удовольствием пили чай с выпечкой и сладостями, сопровождая это действие совершенно не по-английски живой беседой. Все же нужно признать, что в решении бытовых проблем магия просто невероятно удобна. Если подумать, то сколько времени, сил и средств нужно было затратить средневековым магглам, чтобы организовать такое вот простое чаепитие? А у нас, магов (причем, важный факт, магов еще даже не достигших совершеннолетия), все решилось парой слов и взмахов волшебной палочкой. Про обстановку и согревающий нас теплом камин я уже говорил. Чашки у нас трансфигурированы из камушков. Чайник — тоже. Вода — из палочки. Вскипячена заклинанием. Ну а горсть чая в мешочке с собой принес Джастин. Ему этот тыквенный сок на завтрак обед и иногда ужин, как и мне, уже давно поперек горла стоял. Сладкоежки Захария и Уэйн принесли слегка уже зачерствевшие домашние печеньки и оставшиеся после последнего посещения хогсмидского "Сладкого Королевства" сласти.
Попив, перекусив и наболтавшись, я решил вернуться к работе. То бишь к затаскиванию в "Отряд Крэбба" (буду его мысленно называть "ОК") Энтони Гольдштейна. Он как раз уже должен был к этому времени "дозреть".
И действительно, похоже, дозрел. Все же сидеть столько времени связанным на холодном полу, не в силах даже задать вопрос или попросить воды, — приятного мало.
— Ладно, парни. Пора собираться. Прибираемся и топаем спать, — громко сказал я и подмигнул Смиту.
— А с ним что будем делать? — задал он правильный вопрос.
— Ах с ним? Сотрем память и отпустим, — пожал я плечами.
— Только перед этим не забудь сначала узнать, как он пробрался сквозь запертые двери, не снимая запирающих чар!
— Конечно.
Я встал из-за стола, подошел к Гольдштейну, присел на корточки рядом с ним и спросил: