Золото было богом врагов Адама Холла, и он вернулся после смерти в пустоте, чтобы превратить этого бога в демона разрушения!
© Edmond Hamilton — «Dictators of Creation», 1940
Четверо человек остались одни на Ганимеде, лишённом атмосферы, диком спутнике Юпитера. Один из этих четырёх человек только что совершил величайшее научное открытие в истории — открытие, которое обрекло его на самую странную участь, которая когда-либо выпадала на долю человека!
Адам Холл не мог поверить своим глазам, глядя на пульсирующую, дрожащую машину. Наконец-то сбылась его давняя мечта.
— У меня получилось, — прошептал он. — Наконец-то у меня получилось.
Адам Холл был высоким, худощавым землянином в грязном комбинезоне. Его чёрные волосы были растрёпаны, а смуглое, серьёзное, молодое лицо осунулось от долгого напряжения. В глазах мечтателя было изумление человека, который увидел невозможное.
Сложная конусообразная машина, стоявшая перед ним, занимала половину маленькой металлической комнаты. Толстые чёрные кабели вели от оплавившихся электродов к сети высоких, похожих на паутину антенных мачт.
Паутина мачт и проводов возвышалась над металлическим воздухонепроницаемым зданием. Неподалёку стоял небольшой космический крейсер. Вокруг простиралась бесплодная, иззубренная поверхность Ганимеда, не подвергавшиеся эрозии каменные гряды тянулись к небу, словно грозные когти.
В небе возвышалась колоссальная, окружённая облаками белая громада Юпитера. За ней простирался усеянный звёздами космический вакуум. И из этого вакуума механизм Адама Холла извлекал твёрдую материю!
Из носика высокой конусообразной машины сыпалась мелкая чёрная пыль.
Человек впервые создал материю из ничего.
Адам Холл, с горящими от возбуждения тёмными глазами, подбежал к двери и крикнул в соседнюю комнату.
— Идите сюда. Наконец-то получилось!
В ответ на его крик появились трое мужчин.
Уилсон Блисс, землянин, был тридцатилетним мужчиной с лицом херувима и хитрым взглядом больших, по-детски голубых глаз.
Суверемос, венерианин, был стройным, красивым молодым щёголем с полуприкрытыми сонными глазами и обманчиво ленивыми манерами.
Рас Алкк, марсианин, был самым старшим — ему было тридцать пять. Его плоское красное лицо было холодно-бесстрастным, как скалы его родной планеты, а светлые глаза ничего не выражали даже в этот великий момент.
— Только посмотрите на это! — воскликнул Адам Холл. — Это успех! Углерод производится из чистого излучения, — его руки дрожали. — Пять лет работы и душевных терзаний, и вот я, наконец, добился своего.
— Но как? — спросил Уилсон Блисс, с благоговением глядя на жужжащую машину, производящую углерод.
Адам Холл сделал нетерпеливый жест.
— Я уже не раз объяснял вам принципы. Материя состоит из электрических взаимодействий. Давно известно, что вещество Солнца распадается на излучение. Но и излучение, наоборот, может быть преобразовано обратно в материю. Четыреста лет назад Милликен показал, что в отдалённых туманностях космическое излучение преобразуется в материю.
— Я полагал, что мог бы воспроизвести этот циклический процесс. Преобразование энергии в электроны вызывается созданием вихря излучения на крошечной замкнутой орбите. Мой Творец собирает космическое излучение, преобразует его в электроны, придавая им вихревой характер, и выбрасывает партии электронов и протонов. Каждая партия образует атом какого-либо элемента в соответствии с количеством электронов в нём. Я могу создать любой элемент периодической таблицы Менделеева, вплоть до неона.
Чёрные глаза Суверэмоса блестели от невыразимых эмоций, когда он смотрел на конические формы созидателя.
— Эта штука даже больше, чем мы думали, — пробормотал венерианин своим бархатистым голосом.
— Да, — прохрипел Рас Алкк, прищурив светлые глаза. — Если она может производить какие-либо элементы вплоть до неона…
— Это означает, что неограниченное количество углерода, кислорода, азота и водорода может быть получено из ничего, — закончил Уилсон Блисс.
— Да, — с готовностью кивнул Адам Холл. — Это означает неограниченные запасы воздуха и воды, созданные огромными Творцами. Новая жизнь для засушливых миров Солнечной системы! — его глаза вспыхнули. — Это будет означать новую эру для народов Системы. Когда мы передадим им это открытие…
— Отдать им его? — резко проговорил Рас Алкк. — Что значит «передадим им»?
Адам Холл недоумённо уставился на марсианина.
— Конечно же, мы передадим секрет правительству Системы, чтобы оно использовало его на благо народов планеты. Вот почему я так долго работал над этим.
— Ты с ума сошёл? — взвизгнул Уилсон Блисс, его пухлое лицо побагровело от гнева. — Эти Творцы сделают нас самыми богатыми людьми в Системе.
Адам Холл недоверчиво уставился на пухлого землянина.
— Вы шутите? — растерянно сказал он. — На самом деле вы бы не стали скрывать подобное от людей, нуждающихся в этом.
— Очень идеалистично, — усмехнулся Рас Алкк. — Но мы не идеалисты, Холл. Мы вложили деньги в эту исследовательскую станцию, потому что увидели возможность получить большую прибыль.
