— Я тебя убью, мэтр! — успела прокричать она, прежде чем мозг перестал воспринимать действительность и погрузился в калейдоскоп звуков, цветов и ощущений.
Проснулась рывком, ощущая странное умиротворение и легкость в теле, словно не она вчера скакала верхом, потом бродила по подземным ходам, а потом…
Ева распахнула глаза и резко села. Она же упала в колодец! А там было…Что там было? Осмотрелась и нахмурилась. Знакомая спальня, открытое настежь окно, вместе с солнечным светом в комнату ворвался легких ветерок, ласково коснулся лица и выпорхнул в окно, оставив после себя запах свежести и хвои, а еще ощущение радости и удовольствия.
— Неужели все приснилось?
Ева оглянулась в поисках следов своего путешествия, но ничего не нашла. На кресле лежал халат, из приоткрытой двери пахло выпечкой и слышались тихие голоса. Ева посмотрела на руки, ей снилось, что они горели… Но руки были чистые, даже заусеницы пропали. Гладкие ногти, длинные пальцы, худое запястье и знакомое колечко. А снилось, что вокруг обоих запястий образовался четырехцветный узор, причудливое переплетение голубого, черного, алого и зеленого.
— Ничего не понимаю, — пробормотала обескуражено. — Я же уходила… Гленна!
Горничная появилась через пару секунд, она улыбнулась и с порога затараторила:
— Утречка доброго, ваша светлость! День сегодня замечательный, а тама уже пришла мастерка Агапья, как вы и велели. Завтрак приказывать подавать, или пока чаем с булочками живот возбудите?
— Погоди, Гленна, не тарахти, — Ева надела халат, отметив, что она в ночной сорочке, и села на пуфик, чтобы горничной было удобнее ее расчесывать. — А где Яська?
— Где ей быть? — фыркнула девушка. — Ждет пока вы позовете. С самого утра уже под дверью сидела.
— Почему под дверью? — Она же отправила ее спать в свою кровать!
Ева ничего не понимала, если это все было сном, то слишком он реалистичен. А если не сон, то, что это за провалы в памяти? И где этот гадский таль, когда он нужен? Она позвала Яську и когда сияющая девочка вбежала в комнату, спросила:
— Как спалось?
— Сладенько! — весело ответила Яська. — Мастер лекарь велел передать, что ждет вас для… приватного разговора! Во! Когда вам будет удобно, шата Ева.
— Ясь, — когда Гленна вышла чтобы отдать распоряжение насчет завтрака, тихо спросила Ева. — А ты видела, как я вернулась?
— Ага, — так же шепотом ответила девочка. — Уже почти утро было, как вы пришли. Разделись и спать легли, а я к себе побежала.
— Я что-нибудь говорила? — Ева ничего этого не помнила.
— Не, только руками помахали, будто кого-то выгоняли и строго сказали, что вы не немочь дряхлая, чтоб вас на руках носили, но спасибо. Думаю, это вы со своим воображаемым другом разговаривали… Или друзьями.
— Ага, наверное… — Ева потерла виски, силясь вспомнить хоть что-нибудь. Не помогло.
— А еще как вы зашли лампы загорелись, а как легли — потухли. А еще одежка сама улетела в шкаф.
— Не может быть! — Этого только не хватало! — Ясь, тебе, наверное, приснилось. Как одежда может сама летать?
— Ну так вы же заклинательница! — уверенно заявила девочка. — У вас глаза точно так горели как у шата Вейна, когда он огневого призвал.
— Глаза горели? — испуганно переспросила Ева.
— Ага! Как праздничные фонарики! Жуть как красиво. — Яська заерзала на стуле. — Только у нашего шата они красным горят, а у вас голубым.
— Давай это будет наш с тобой большой-большой секрет, договорились? — Ева протянула малявке руку, которую та с деловым видом пожала.
— Я умею хранить секреты, — важно кивнула девочка. — А зачем вы тетку Агапью вызвали?
— А сейчас узнаешь.
Ева подтолкнула ее к выходу и сама вышла следом, решив, что раз ничего не помнит, то оно ей сейчас и не надо. И точка! И никакое это не сумасшествие, а защитная функция организма, чтобы не свихнуться.
— Глаза горят, платья летают, на руках невидимки носят… Да тут любой себя ненормальным почувствует, — пробормотал едва слышно. — Придет время все узнаю, а пока займемся делами насущными.
В гостиной ее ждала величавая дородная женщина в светлом льняном платье расшитом по подолу и рукавам алыми цветами. Он Агапьи пахло травами и мылом. Она чинно поклонилась и замерла сложив руки на животе. Спокойная, уверенная в себе женщина понравилась Еве. Сработаемся, решила она.
Через полчаса Ева с восторгом бродила между столами примитивной лаборатории. Все поверхность были заставлена всевозможными емкостями, банками с высушенными травами и цветами, тазами, квадратными кусками мыла. Следом ходила Агапья и ревностно следила, чтобы герцогиня все клала на место после того как понюхала, пощупала, помешала… Сначала она нехотя отвечала на вопросы герцогини, но потом увлеклась разговором и спустя еще минут пятнадцать они сидели за столом и увлеченно нюхали пучки высушенных трав.
На печи стоял чан, в котором что-то булькало и пахло довольно специфически, Ева принюхалась.
