– Ты мне? – я резко затормозила и непонимающе посмотрела на Лин.
– А ты другую Ди видишь? И не забудь салфетки!
– Уже иду за ними. – солгала я сама себе и направилась в кабинет Майкла.
Неловко топчась под заветной дверью и размышляя, я не заметила, как та отворилась. Майкл, выходя из кабинета, чуть не сбил меня с ног.
– Прости, не знал, что ты здесь. – озабоченно буркнул он и собирался было идти дальше, но тут что-то его остановило.
«Наверное, мой жалкий задумчиво-виноватый вид смутил его.» – подумала я, не решаясь поднять стыдливых глаз.
– Что ты хотела? – спросил Майкл, развернувшись вполоборота. Я изобразила на лице непонимание. – Да, ты что-то хотела, раз стоишь под дверью!
– Лин зовет вас ужинать.
– Спасибо, я как раз собирался идти на кухню.
– И еще… – стыдливо шепнула я, выкручивая себе пальцы.
– Что-то еще? Что, Дилана?
Я переминалась с ноги на ногу, щеки стыдливо пылали, а язык совсем не желал говорить то заветное, о чем думала сутки напролет.
– Ну говори уже! – засмеялся Майкл, не выдержав более созерцать мой напыщенный вид.
– Это серьезный разговор.
– Он не терпит до конца ужина? Ну тогда, – Норват указал рукой на дверь кабинета. – пройдем схоронимся?
– В нем нет ничего секретного. Давайте тут постоим…
– Ну тогда я весь внимание!
Недолго думая, я промямлила, стыдясь себя ещё сильнее и ругая за нерешительность.
– Давайте после ужина.
– Отличная идея! – Майкла раззадорил мой забавный подход к делу. – Надеюсь, разговор не слишком омрачит мое настроение?
– Ничуть, по крайней мере, надеюсь на это. – отвечала я по-детски смешно и продолжала прятать глаза.
– Ну тогда пойдем, поужинаем. По правде сказать, с утра ничего не ел.
Майкл ободряюще взял меня за плечи и повел на кухню.
Лин расставляла тарелки, Милли стучала пустой кружкой по столу в нетерпеливом ожидании.
– Ну где вы там застряли? Дилана, ты принесла?
– Что принесла? – поглощенная своими мыслями, я не поняла, что хотела Линда.
– Салфетки! Я же два раза сказала тебе! Мечтатель!
– Сиди, я сам возьму салфетки. – опередил Майкл и покинул кухню.
– Что нового? – шепотом спросила Лин.
– Не знаю, как попросить у него прощения. – я опустилась на стул и глубоко вздохнула.
– Как-как? Просто! Возьми и скажи прямо в лоб: прости, я была не права, ну? Чего тут сложного?
– Не могу! Когда он смотрит на меня…
– Ну, тогда он никогда не узнает, что ты хочешь! – шутливо искривляла она мою тоскливость. – И вы никогда не помиритесь!
– Это слишком утопично. – грустно промямлила я, а когда на кухню вошел Майкл с салфетками, тут же уткнулась глазами в скатерть.
К концу ужина Майкл бросил травить анекдоты о проблемах молодёжи и перешел к активному наступлению, которого нетерпеливо дожидался.
– Линда, дочка! – завел он с вопросительной иронией. – Не расскажешь, почему наша Дилана сегодня такая застенчивая?
Я, только услышав свое имя, чуть не подавилась яблочным соком. Ужин, хоть и получился безумно вкусным, никак не лез в горло, а сок – то единственное, чем могла занять руки. Но, только почувствовав на себе пристальное внимание, сразу схватила вилку и набила едой полный рот. Мне подумалось, что это легко спасёт от разговора.
– Не знаю, пап… – так же иронично отвечала Линда. – Может, Дилана хочет что-то сказать? – растянула она, бросая в меня косыми взглядами.
– А что Дилана хочет сказать? – с иронией допытывался Майкл, которого дюже забавляло наблюдать за моей робостью.
– Может, тебе лучше самому спросить у Диланы?
– Логично. С первых уст информация всегда самая ценная и правдоподобная. Диланусь?
– Мм? – отозвалась я, будто не слыша их разговора между собой.
– Что скажешь, Диланусь? – Майкл буквально сверлил меня пытливым взором. – Почему задумчивая?
– Я скажу потом.
– Насколько потом? Как долго ждать это потом?
– Так, я пойду, пожалуй, займусь Милли, а вы тут поговорите. – Лин встала из-за стола, сообразив, что они с сестрой тут явно лишние.
– Хорошо. – утвердительно кивнул Майкл. – Что с тобой случилось, дочь? Ты не заболела?
– Ничего серьезного. Просто хочется спать.
– Тогда, может, я уложу Милли?
– Нет. Ужинайте, я сама справлюсь. Спокойной ночи, Диланусь!
– Приятных снов. – на выдохе отвечала я. Это был последний выдох перед ответственным разговором.
– Итак… – Майкл отклонился на спинке стула. – Дилана, я не заставляю тебя говорить. Если не хочешь, не говори. – подождав минуту, снова спросил. – Так и будешь молчать?
«Ну скажи же хоть что-то!» – кричала на себя внутри, но продолжала непреклонно молчать и смотреть в тарелку.
Норват с долей огорчения опустил глаза, и, налив себе кофе, направился к двери. Я продолжала сидеть в позе статуи до тех пор, пока он не покинул кухню. Когда дверь в кабинет хлопнула, я осознала, что натворила. «Ну почему не могу быть более смелой? Я только больше его обижаю! Я должна все исправить! Сейчас! Другого шанса не будет!» – я решительно встала, задев стул, который с грохотом ударился об пол, и направилась вслед за Майклом.
