Виктория остановилась и повернулась к горничной.
— Что-то не ладится?
— Можно сказать, что ничего не ладится, — вид у девушки был испуганный. — Пусть лучше кухарка или Фостер объяснят вам.
Предчувствие катастрофы охватило Викторию, и она стремглав выбежала из комнаты.
— Где мисс Итеридж?
— Она на кухне, старается успокоить кухарку и умоляет ее не увольняться.
— Почему до сих пор никто не доложил мне? — Виктория быстро спускалась по лестнице.
— Вчера вечером Беатриса всех предупредила, что вы наказали не будить вас утром, что бы ни случилось, а любого, кто посмеет сделать это, сразу же уволят.
— Боже правый, с какой стати?
Девушка пожала плечами, еле поспевая за Викторией.
— Беатриса объяснила, что вы хотите хорошенько выспаться перед балом.
— Что за нелепость! — Виктория толкнула огромную дубовую дверь, чувствуя, что гнев на заболевшую горничную растет с каждой секундой.
Она шагнула в кухню. Мисс Итеридж стояла, загораживая собой заднюю дверь, и горячо спорила с кухаркой, которая сняла свой передник и повесила его на деревянный крючок.
— Боже милостивый, что здесь происходит? — спросила Виктория, обозревая беспорядок, который царил на кухне. Плошки и миски стояли на дубовых столах, но никто не делал ни пирожных, ни бисквитов для вечера. На огромном вертеле жарилось мясо, но за ним присматривал мальчик лет восьми, а не девушка, которой это обычно поручали. Кроме них и Фостера, на кухне никого не было. Фостер снимал с полок большие блюда и подносы.
— Где все? — в ужасе вскричала Виктория.
— Именно это я и хотела бы знать! — отвечала кухарка с багровым от гнева лицом. — Я не могу одна приготовить обед на целое общество, мэм. Это не в моих силах.
— Фостер, вы знаете, где вся прислуга? Тот покачал головой и, не говоря ни слова, спокойно продолжал снимать тарелки с полок.
— Я не справлюсь, мэм, — причитала кухарка, — если все служанки не придут, к тому же им было сказано, что они понадобятся сегодня утром. Это все не укладывалось в голове у Виктории!
— Не будет ли кто-нибудь любезен, объяснить мне, что происходит? — сердито проговорила она. — Фостер, оставьте в покое тарелки и подойдите сюда. Я хочу знать, что здесь творится! Почему сегодня нет никого из служанок?
Фостер покорно отложил груду тарелок и подошел к Виктории.
— Я и сам не понимаю, мисс Блам. Некоторые сообщили, что заболели, а другие просто не пришли. — Он помолчал, прежде чем продолжить. — Мэтти Доил сказала мне, что вы прислали ей домой записку, в которой велели трем ее дочерям не приходить сегодня на работу. Она решила, что вы уволили их. Мэтти не смогла добиться от дочерей вразумительного ответа, но предположила, что они совершили нечто такое, о чем вы не захотели разговаривать.
— Я в жизни не посылала подобных записок. В этом нет никакого смысла. — Виктория наморщила лоб, мучительно пытаясь найти хоть какое-нибудь логичное объяснение тому, что происходит. — Чего ради стала бы я отправлять кого-либо домой в такой ответственный день? — Она переводила взгляд с кухарки на Фостера, которые отвечали ей не менее изумленными взглядами.
Пару минут Виктория ошеломленно смотрела то на одного, то на другого, то на мисс Итеридж, которая также недоуменно пожимала плечами. Затем Викторию осенило: в этом что-то кроется. Она повернулась к Фостеру.
— Мэтти сказала, кто доставил это послание? Фостер кивнул.
— Да, мэм. Записку ей вручила Беатриса. Она была написана на вашей личной бумаге. — Он перевел дух: — Мэтти попросила одного из мальчиков Хефнер прочесть им записку, так как никто из их семьи не умеет читать. Я все гадал, почему вы не обратились ко мне с этим поручением. Мне на самом деле показалось странным, что вы не послали распоряжение со мной. — Он оживился. — Я бы избавил вас от труда писать записку, потому что знаю, что ни один из них не способен прочесть ни слова, мэм.
— Ну, раз я не посылала записку, то нам нужно выяснить, кто воспользовался моим именем, не так ли, Фостер? — Виктория лихорадочно старалась сообразить, что делать дальше.
— Конечно, мэм, мы займемся этим, — Фостер воспрял духом. В душе он был немного расстроен: ведь хозяйка обошла его, возложив на Беатрису его обязанности.
— Кто самая честная служанка из тех, которые пришли сегодня, Фостер?
— Должно быть, Айрис, мэм. Она в доме дольше всех, и я никогда не встречал более правдивой девушки.
— Приведи ее в библиотеку.
Виктория обернулась к мисс Итеридж и кухарке.
— Я думаю, что смогу докопаться до истины, — она бросила взгляд на часы, которые показывали уже девять, а дел было еще невпроворот. — Мисс Итеридж, я понимаю, что это не входит в ваши обязанности, но не могли бы вы помочь кухарке, пока я не вернусь? — Сердце Виктории сильно забилось. Она знала, что без кухарки вечер потерпел бы крах. — Пожалуйста, начинайте готовить, — попросила Виктория, — а я через час-другой пришлю вам кого-нибудь на помощь. Я хочу добраться до сути дела. Это наверняка какие-то интриги.