– Сейчас проверим. – Она заглянула в свой планшет. – Я была права. Просто ты проходил тесты не в нашем департаменте, а индивидуально. Стресс-тест с тобой проводил господин Чопра, спикинг-тест – Рамбан, а секс-тест – госпожа Юстас.
Пока я перевариваю эту информацию, красная лампа над дверью гаснет, и оттуда выходит мускулистый мулат с обмотанным вокруг пояса полотенцем.
– Привет, Дженна! Кандидатка энергична и открыта для экспериментов, – сообщает он, прежде чем скрыться в душевой.
Вслед за этим из-за двери появляется раскрасневшаяся брюнетка лет двадцати, тоже завернутая в полотенце.
– Поздравляю с приемом на работу! – официальным тоном объявляет моя спутница девушке. – Такие сотрудники, как вы, – будущее «Транс-Реалити»!
Взглянув на Дженну повнимательнее, я вдруг вспоминаю, где видел ее раньше. Ну, конечно, она же порнозвезда! Сколько раз я смотрел фильмы с ее участием!
Уже дома я вспомнил о документе, который сфотографировал в кабинете Давендрената Чопры. Прежде чем отправить фото Харону, пробегаюсь по нему глазами, окончательно убедившись, что это санскрит. Я пропускаю текст через программу-переводчик и читаю немного корявый текст.
А вы узнаете создателя мира семь [раз]. Прежде всего игрока Вы узрите – великого лжеца. Вы также познаете, что он проходит вдоль границы. Его пороки вы познаете. Вы узрите [ручей], который связывает его с Богами. Вы улицезреете в нем великую пустоту и слезы. И еще, вы узрите специальную печать на лбу.
Когда вы узнаете создателя мира, должны вы избегать его. Где он – там есть конец огня, разрушение и тишина – все великие страдания. И не давай своей дочери в жены ему, потому что ждет ее…»
Что именно ждет дочь, выданную за «создателя миров», я так и не узнал – на этом текст обрывался. В любом случае документ кажется мне довольно занятным. Исполнитель воли богов по идее должен быть редким счастливцем. Здесь же он описывается как проклятый всеми отщепенец. И что подразумевается под множественными мирами? Разве основой любой космогонии не является единожды созданный мир?
Я решаю – пусть Харон сам заморачивается с толкованиями, и отправляю ему фото с небольшим объяснением, откуда это взялось. Если в этом тексте есть что-то, что поможет мне в работе, Харон сообщит. После чего на всякий случай удаляю снимок с телефона. Следует быть осторожным.
Неделя стажировки в Департаменте персонала пролетела довольно быстро, хотя и стоила мне немалых нервов. Каждый день я шел на работу, гадая, какой сюрприз корпорация преподнесет сегодня. Я проводил время, наблюдая за тем, как соискателей на должность бьют током и обливают водой. При этом старался не выказать ни малейшего сочувствия к ним, ведь было понятно, что за мной также наблюдают.
За это время я успел подружиться с Дженной. Несколько раз во время обеденного перерыва мы с ней дежурно флиртовали, пасуя друг другу банальные фразы, как опытные партнеры по теннису передают мяч: ловко, но без особого энтузиазма. Я видел, что стоит мне захотеть – и мы тут же окажемся в одной постели. Не то чтобы я был против, но образ ее грозного босса удерживал меня от более решительных шагов. Я предполагал, что мне может потребоваться ее помощь в дальнейшем – вот тогда я был готов рискнуть.
С Линн в эти дни я почти не виделся – впрочем, ее это нисколько не смущало. Мы пересеклись с ней всего один раз: она заехала ко мне домой, чтобы проверить квартиру на предмет подслушивающих устройств. Наше свидание ограничилось совместным распитием кофе и непродолжительной болтовней. Что касается Катрин, то за неделю я видел ее лишь однажды: она заходила в лифт, когда я вошел в холл небоскреба, это длилось не больше секунды.
Воскресным утром я встречаюсь с Хароном – на этот раз на подземном паркинге, в слепой зоне камер видеонаблюдения. Мы обсуждаем с ним мой отчет о разговоре с Рамбаном, который я отправил еще неделю назад.
– Знаешь, Харон, эта история с новой религией не похожа на розыгрыш. Думаю, что Рамбан говорил об этом серьезно.
– Почему?
– У Чопры в кабинете есть алтарь Шивы, и я видел, что собой представляет изнанка их автоматических церквей. Огромные колл-центры, на весь этаж. И, полагаю, это было только одно отделение. Все поставлено на широкую ногу.
– Случайно видел или пришлось постараться?
– Ну, не совсем случайно…
– Значит, они хотели, чтобы ты это увидел. Зет, в этой корпорации ничто не делается просто так.
Интересно, почему Харон о них такого мнения? Его привычная паранойя? Или он знает о корпорации больше, чем хочет показать?
