— Уже ясно. — Мрачно сказал Николай Михайлович, — Коллеги, уборщик признался мне, что несколько дней назад ослабил крепление, чтобы регулировщик мог подойти к окну. Когда он стоит у окна, то видит улицу, перекресток, и тренируется — регулирует уличное движение, определяет с помощью радара не превышают ли водители скорость, размахивает жезлом, свистит в милицейский свисток, выписывает штрафы… В общем, живет полной жизнью настоящего сотрудника ГИБДД, хотя и понарошку, в качестве тренировки.
— Это трогательный поступок со стороны уборщика! Ведь это он позаботился о том, чтобы регулировщик не потерял квалификацию! Настоящая солидарность роботов! — рассмеялся Петр Иванович, но увидев как нахмурился и стукнул кулаком по столу замдиректора, снова сделал серьезное лицо и добавил, — Этот факт необходимо исследовать в нашей лаборатории.
И двое ученых, папа и Петр Иванович, голова к голове склонились над листком бумаги и чертя на нем какие-то схемы, и размахивая руками, сходу принялись обсуждать возникшую проблему.
Гавриил Петрович предложил сделать перерыв в совещании, пока идет проверка состояния робота-регулировщика, затем собраться снова, но новый звонок телефона принес еще одну удивительную, а точнее тревожную новость. С завода «Сударушка» звонил Дмитрий Степанович Утюгов:
— Гавриил Петрович, неслыханное дело! Куда смотрит ваш ДИМА! И это бригадир!? Мы получили заказ на партию кастрюль, так эти роботы-молодцы под его руководством изготовили их ручками вовнутрь! Как вам это нравится!? Вредительство какое-то или… или дурацкая шутка!? Может быть, вы мне это объясните!
Николай Михайлович, который отвечал за внедрение робота на «Сударушке», взял трубку:
— Дмитрий Степанович! Прошу вас не медля остановить все работы, отключить роботов-сборщиков. По-видимому, у ДИМЫ и других роботов серьезный сбой. И он может еще проявиться самым непредсказуемым способом. Никого на завод не впускайте и не выпускайте. Отключите электронную почту, электронные письма не посылайте и не принимайте! Короче говоря, объявите строжайший карантин! Ждите моего приезда с бригадой специалистов… Нескоро, у нас самих здесь неприятность на неприятности!
Среди неприятных событий этого дня, которых никто не ожидал, должно было состояться и одно приятное событие, которое ждали все — это был день выдачи зарплаты. Ожидая, когда откроется окошко кассы, Петр Иванович и папа уселись у окошка и продолжали чертить, заполнять формулами листки, которых уже набралось около десятка. Другие сотрудники их лаборатории, стоя в очереди за зарплатой, горячо обсуждали события в институте, в музее и на заводе, и надо сказать честно, там слышались не только охи и ахи, но и смешки, и даже сдавленный смех.
Как видно, эти чрезвычайные происшествия показались сотрудникам не столь уж опасными, скорее забавными, тем более, что дети из экскурсии отделались легким испугом, экскурсовод — молодой инженер, рослый и крепкий, — заработал лишь небольшую шишку, а то, что муляж робота-няньки разлетелся на мелкие кусочки, инженеров-робототехников только развеселило.
Между тем касса все не открывалась, и папа сначала тихонько постучал, а затем и забарабанил в окошко и крикнул «Эй, кассир, открывай, люди ждут!»
Ответа не последовало…
Робот-кассир в Институте прославился своей исключительной аккуратностью, и потому тишина за окошком всем показалась пугающей. Прибежал завхоз со связкой ключей и открыл помещение кассы… Там было пусто. Все стояли в растерянности, кто-то зачем-то выдвигал ящики стола, хотя там не поместился бы даже манипулятор кассира, несколько человек поочередно заглядывали под стол, отодвигали стул, словно каждый, не доверяя другим, хотел убедиться, что там не прячется робот-кассир.
По срочному вызову прибыл инспектор ГУВД Шишмарев Глеб Николаевич со служебной собакой Тузиком. Но Тузик не смог взять след; столько сотрудников топталось у кассы, что если и были там следы колес кассира, они стерлись десятками подошв.
Сотрудники устремились на поиски кассира в лабораториях, библиотеке, музее, в буфете и курилках, в туалетах, где кассиру было совершенно нечего делать, в тренажерных залах для роботов и для людей, в конференц-зале и даже кабинете директора Института академика Игоря Михайловича Разумеевского, который сейчас находился на международном слете ученых-робототехников в пригороде Парижа…
Во всех направлениях, в том числе противоположных или навстречу друг другу, на всех этажах бежали разгоряченные люди, обмениваясь на бегу репликами «На чердаке смотрели?..» «А в подвале?..» «На крыше нет!..» «На балконах? Сейчас посмотрим!» И только возле кассы двое — папа и Петр Иванович, голова к голове склонившись над листками бумаги, заполненными цифрами, формулами и схемами, продолжали исследовать тему солидарности роботов — какую пользу можно из этого извлечь, и каких еще неприятностей следует опасаться.
