Петя предложил казалось бы простую идею. Робот должен считать, предложил Петя, любую свою работу полностью выполненной только тогда, когда он сообщит имя автора тех программ, которые он использовал, чтобы эту работу выполнить. Таким образом он каждый раз будет голосом или текстом на экране своего монитора напоминать самому себе — благодаря кому он стал таким умным!
Кроме того, профессор Добрышкин, будучи сам сильным шахматистом — мастером спорта по шахматам, требовал убрать у робота его шахматную программу, поскольку, как он считал, игра с роботом может привести любого человека к тяжелому расстройству психики. Он сам сыграл с роботом товарищеский матч из шести партий и проиграл со счетом 4:2 (2 поражения при 4 ничьих).
И хотя Андрей Андреевич продолжал утверждать, что играет сильнее робота и проиграл по чистой случайности, а также благодаря жуткому везению у робота, он в течение четырех дней не показывался в институте робототехники, опасаясь шуток сотрудников и предложения сыграть матч-реванш.
Папа категорически возражал против предложения лишить робота его выдающихся шахматных способностей. Эту программу в лаборатории создавали в течение года, ввели в нее около тысячи партий, сыгранных гроссмейстером Каспаровым и другими сильными шахматистами. А в том числе и одну партию профессора Добрышкина, которую он выиграл красивой матовой атакой с жертвами фигур и пешек. В лаборатории рассчитывали использовать робота в турнирах роботов-шахматистов и шахматистов-профессионалов с крупными денежными призами. Там робот мог бы зарабатывать деньги для Института робототехники — для продолжения дорогостоящих работ по созданию новых роботов, и для повышения зарплаты сотрудникам, среди которых было немало таких же талантливых и изобретательных как папа и младший, нет, уже старший научный сотрудник Петя.
Разрешить этот спор удалось благодаря академику Абрикосову, который всегда находил выход в непримиримых спорах между учеными, для которых их работа является делом жизни, и каждый из них считает себя ответственным за судьбу родной российской науки. Академик предложил шахматную программу сохранить, но передать ее новому роботу и назвать его ДИМА-ШАХ. В конце концов папа согласился. В глубине души он даже был рад, что у них появится возможность создать еще один тип робота и после небольшого обсуждения решили дать новому роботу более устрашающее название — ДИМА-МАТ.
Не менее, а возможно и более важной была проблема, как уберечься в случаях, когда робот, пусть и с самыми хорошими намерениями, неправильно воспринимает задание. Теперь стало ясно, что это может привести к печальным последствиям, подобным тем, что случились на знакомой нам квартире, а может статься, и более трагическим.
В качестве временной меры, пока не будет найдено решение этой проблемы, решили позволить роботу вступать в контакт, то есть прикасаться к любому живому существу только по разрешающей команде голосом, вслух или по радиотелефону. При этом робот должен сличать голос «командира» с записанным в его памяти образцом. Таким образцом стал голос Николая Михайловича, следовательно, только этому голосу робот будет подчиняться, когда возникнет необходимость в непосредственном контакте с людьми, собаками, попугаями и прочими хвостатыми и пернатыми…
Вот такие серьезные задачи решались в Институте. Наконец ДИМЕ, словно выздоравливающему больному, разрешили небольшие самостоятельные прогулки, сначала в парке, а затем и на улицах города. Но всегда позади него, незаметно для ДИМЫ, следовал старший научный сотрудник Петя с пультом управления, позволяющим выключить робота в случае каких-либо непредвиденных обстоятельств.
Робот вел себя превосходно. Он здоровался со старушками, приветственно махал рукой детворе, помог перейти дорогу и довел до дому слабовидящего человека с белой тростью. При этом он не нарушил запрет на прикосновение к людям, а только предложил свою руку, то есть манипулятор, за который держался слабовидящий. После этого поступка, записанного Петей на видеокамеру и продемонстрированного Галине Ивановне, она разрешила ДИМЕ навестить детей, которые так ждали возвращения обновленного ДИМЫ!
Встретили его Маша и попугай. Маша, предупрежденная маминым телефонным звонком, обрадовалась, а попугай, который был не в курсе изменений, произошедших с ДИМОЙ, узнав своего обидчика, сразу залетел в клетку и затряс головой, ворча «р-робот, аппар-рат!» Маша вынесла своих кукол, и робот похвалил их новые платья и шляпки, а Каролина показала большие успехи в учебе — за это время она научилась писать без ошибок не только «корову», но и «козу».
