— Вас называют асом психологического анализа. Даже некоторые адвокаты не берутся за те дела, над которыми работали вы, они считают: “раз Эйн Дарко сказал, что тот виновен, значит, это не обсуждается”. Раскрываемость преступлений не падала, ниже 100 % и, это всё при ваших 27 годах. Скажите, в чём ваш успех, если не секрет? В чём причина такой, я бы сказал: аномальной психологической пробиваемости в понимании сути вещей?
– “Чтобы познать весь мир, нужно сперва познать самого себя” (Сократ). Надо уметь грамотно зацикливаться на своих умозаключениях и постоянно разбирать своё мнение по составу: “Почему я люблю красный цвет? Почему я не занимался столько долго сексом и испытываю последствия его нехватки в виде раздражительности”. И теперь ты знаешь, откуда возникло это ощущение, а дальше нужно лишь погасить его в зародыше. Другими словами, я очень часто самоосознаюсь. Большинство людей не знают, как этим пользоваться. Самоосознанность приводит их только к замкнутости. Но она способна дать сознанию очень сильный скачок вовне. Это вопрос глубины: чем глубже осознанность, тем больше становится твой радиус мысли и даже интуиции. Однако подобного очень сложно достичь. Чтобы лишить себя туннельного восприятия, нужно открыть сознание, которое представляет с собой закрытую дверь. Но парадокс в том, что, для её открытия понадобиться ключ, что и находится за этой самой дверью. В этом и есть моя исключительность: Я тот, кто открыл дверь.
— А расскажите о ваших недостатках? — задал вопрос очередной студент.
— Хотя это принижение моей персоны вдохновило бы некоторых из вас и вызвало чувство допущения: что вы тоже можете стать такими как я, но мои недостатки можно использовать против меня, поэтому я оставлю это за кадром… — Эйн плавно перевёл взгляд на мужчину в сером костюме: — Думаю у меня всё профессор. Давайте, запускайте следующего, я и так тут задержался.
Тот разомкнул сжатые от осуждения губы и проводил Эйна рукой со сцены:
— Дамы и господа… Эйн Дарко.
Под аплодисменты зала он сошёл по ступенькам и допил остатки сока.
— Чёрт Эйн, почему так быстро?! — нервно упрекнул Тиен. — Я ещё не готов! Нельзя было их попридержать чутка, а?
— Успокойся Тиен, может, прозвучит малость избито, но представь, что все находящиеся в зале люди сидят голыми, — замаскировал Эйн издёвку под каменным выражением лица.
— Да хорош подкалывать!
— Вперед, а я на улицу. Нужно свежим воздухом подышать.
— Стой, как так?! Не бросай меня! — Нагнувшись, Тиен схватился за живот: — Ооо чёрт, кажется, мне нужно в туалет, что делать?
— Не нужно создавать себе психосоматическое чувство дефекации. Это не поможет. К тому же ты сам предложил сюда пойти, помнишь, вот и расхлёбывай.
— Чёрт, чёрт, чёрт! Профессор смотрит на меня! На меня!
— Младший следователь Тиен Стужев, на сцену.
— По… пал… — произнёс он, свесив руки вместе с головой.
— Ну, ты тут развлекайся. — И хлопнув по плечу напарника, Эйн удалился из зала.
Прозрачные двери, ведущие из вестибюля наружу, уже были готовы расступиться перед ним, как вдруг чей-то голос раздался позади:
— Старший следователь Эйн Дарко?
Он неспешно повернулся и застал знакомое лицо. Это был тот староватый мужчина с лекции, который спрашивал Эйна о пальце оставленным Ледником. Седина по бокам и дорогой чёрный костюм, украшенный красным платком.
— Чего хотите? — не церемонясь, спросил Эйн.
— Хм, сразу к делу, хорошо, — сказал тот с акцентом, что делал его тон более джентельменским. — Вы заинтересовали меня своим выступлением.
— Как и многих других, — отрицательно помотал Эйн головой. — А вы не хотите для начала представиться?
— Меня зовут Олли, и я работаю… скажем, так: в не совсем стандартной организации по удалению особой заразы. И на меня была возложена задача: пригласить вас принять в этом участие.
— Что ещё за “особая зараза?” Грызуны меня не интересуют.
— Хм-хм, помимо гениальности вы не лишены и чувства юмора… — Олли c улыбкой оглядел проходящих мимо людей… — Тут слишком много ушей. Могу сказать только две вещи: с таким вы ещё не сталкивались. И уж точно столько вам еще не платили: ваша зарплата увеличится пятикратно… Ну, что скажете?
— Деньги меня не очень интересуют, но пока сладко поёте. Может, уже завяжете сказки рассказывать, и приоткроете завесу ещё больше, чтобы повысить мои шансы принять ваше приглашение? Усильте дипломатический рычаг, мистер Олли… Я люблю свою работу, скучно порой, конечно, но в этом я лучший. И, поскольку я заинтересовал вашу организацию, то выходит, вы хотите нанять меня для работы, где как раз и требуется мой талант раскрывать преступления.
— Весьма проницательно, — в лестной улыбке, отозвался Олли. — Да, вы в какой-то мере правы. Вам будет поручено выслеживать самых настоящих монстров, по сравнению с которыми, Ледник, станет просто песчинкой на фоне настоящих, как вы сказали на лекции: “Тираннозавров”.
— Вы меня почти убедили. Что за монстры? Приведите хоть один пример, а там посмотрим.
— Вы верите в мистику, Эйн?
