"В конце концов, каждый может иметь свои взгляды, - любит говорить мадам Крачковская. - Россия - бедная и отсталая страна, в этом, конечно, можно обвинить самодержавие, но менять существующий строй путем революции - это значит пролить много крови".
Крачковские предпочитают, чтобы все оставалось так, как есть. Зиму Полина Владиславовна с Гогой проводят за границей, но в летнее время их привлекает дача на Волге.
Подвижная фигурка Крачковской, мелкие черты ее лица, каждую секунду меняющие свое выражение, знакомая манера ее поправлять прическу и даже непомерно толстое обручальное кольцо на маленькой пухлой руке живо напоминают Марине шумные "званые" вечера на элеваторе, большую гостиную, бойкие, кокетливые голоса дам... Товарищи заботились о том, чтобы вечера на элеваторе считались "модными". Они приглашали известных артистов и кое-кого из местной знати. Среди этих чужих и напыщенных лиц мелькали светлые лица товарищей. Многие из них готовились к переправке за границу. Они исчезали незаметно среди общего веселья...
Никич провожал уезжающего через сад...
Крачковские часто посещали эти вечера. Их экипаж с важно восседающим на козлах кучером вводил в заблуждение сыщиков...
- Здравствуйте, Полина Владиславовна! - машинально повторяет Марина, и щеки ее вспыхивают густым румянцем.
Полина Владиславовна, улыбаясь, протягивает Марине обе руки и вместе с сыном шествует по дорожке к дому.
- Гога! Посмотри, какая прелестная дачка! Ну, вы великолепно устроились! А мы ужасно скучаем в наших хоромах... Мой муж сейчас на Урале... Осенью мы всей семьей отправимся путешествовать по Италии, - непринужденно болтает Крачковская.
Она кажется старшей сестрой своему сыну. Они почти одного роста. Гога худой и высокий. Короткие штанишки не закрывают его колен, от этого ноги мальчика кажутся слишком длинными. Кроме того, Гога носит темные очки и поэтому кажется старше своих лет.
- Ах, какие славные девочки! Как они выросли - ведь я видела их прошлым летом! Гога! Вот идут твои юные подружки... Ха-ха! Он очень смущен, мой бедный мальчик! - перебивая себя, болтает мадам Крачковская; она болтает без умолку, задает вопросы и не слушает ответов, поминутно поворачиваясь к своему Гоге, который обращается с ней рыцарски вежливо, с оттенком мужской снисходительности.
- Маме свойственно сильно преувеличивать. Я нисколько не смущен, поправляя отложной воротничок и торопясь навстречу девочкам, заявляет Гога.
- Зачем, однако, вы забрались в такую глушь? Это же совсем не фешенебельное место! Узнаю вашу скромность, моя дорогая! - бойко тараторит Крачковская, не давая раскрыть рот хозяйке.
Нo Марина и не стремится поддерживать эту болтовню, она слушает свою гостью с любезным вниманием, ощущая пустоту и глубокую усталость.
Динка останавливается на дорожке и толкает сестру.
- Это Гога-Минога, - недовольно говорит она. Мышка хочет что-то ответить, но Гога уже подходит к ним С громким приветствием:
- Здравствуйте, девочки! Вы очень выросли с тех пор, как и видел вас!
- Здравствуй, Гога! Ты тоже вырос! - отвечает ему Мышка.
Гога старше ее только на один год, но он держится так самоуверенно, что девочка совершенно подавлена его превосходством.
Динка, наоборот, с открытым любопытством разглядывает старого знакомца; она еще в прошлом году дала ему прозвище "Гога-Минога" и запомнила его взрослый тон. Но Гога не подавляет ее этим тоном, он просто кажется ей забавным кривлякой.
- Посмотрите, какая прелестная группа! - указывая на детей, говорит Крачковская и, снизив голос, интимно спрашивает: - Скажите, как самочувствие вашего мужа? Есть ли от него какие-нибудь вести?
- Спасибо, он за границей, - кратко отвечает Марина. Полина Владиславовна прижимает к себе ее локоть и хочет продолжить свои участливые вопросы, но Динка и Мышка подходят здороваться.
- Ах вы, мои милые! Ну, как вам здесь живется? - наклоняясь к девочкам, спрашивает Крачковская.
- Спасибо. Хорошо, - отвечают девочки вместе. Гога смеется.
- Они говорят хором, как солдаты! - замечает он матери по-французски.
Марина досадливо сдвигает брови. "Надо же сделать из своего ребенка такое чучело!" - с возмущением думает она, предлагая своей гостье выпить чашку чая на прохладной террасе.
Полина Владиславовна поднимается по ступенькам и шумно падает в кресло.
- А где же Катюша? - спрашивает она. Катя в ее представлении осталась такой же шестнадцатилетней девочкой, какой была на элеваторе. - Где ваша старшая дочка? Где ваша красавица Лина? - засыпает она вопросами хозяйку. Между тем Гога уже сидит в комнате девочек и, обводя стены оценивающим взглядом, делает небрежные замечания:
- Гм... Это картина Репина. Так называемые знаменитые "Бурлаки". Вернее, репродукция картины. - Гога снимает очки, протирает их и отходит в глубину комнаты. - Довольно плохая репродукция, между прочим. Здесь было бы лучше взамен ее повесить большую географическую карту - тогда я смог бы показать вам те страны, где я побывал.
- А где ты побывал? - с живым интересом спрашивает Мышка.
- Ну, говори, где ты побывал? - усаживаясь на пол, говорит Динка.
