Сэр Сэмюэл дошел, наконец, до главного, и его немногочисленная, но внимательная аудитория, включая и развеселившегося Эссекса, приветствовала эти слова одобрительными возгласами. Мак-Грегор промолчал, и Эссекс подумал, что глупо со стороны Мак-Грегора относиться к этому серьезно. Ему, конечно, уже мерещится, что Фокс – дьявольски хитрый, злокозненный интриган. Эта мысль еще больше развеселила Эссекса.
– И, наконец, – продолжал сэр Сэмюэл, – есть и еще одна опасность, в сущности, самая серьезная опасность. Это угроза, что влияние красных распространится не только на Иран, но и на Ирак, Сирию, Палестину, даже Египет, Турцию, Грецию. Что я могу к этому прибавить? Только пожелать вам, лорд Эссекс, удачи и благополучного завершения этой жизненно важной миссии. Благодарю вас, джентльмены!
Долговязый старик торжественно опустился в кресло под сдержанные аплодисменты всех присутствующих. Затем Пикерингу было предложено изложить маршрут Эссекса в Азербайджане.
– Переезды для вас намечены короткие, – бодро начал Пикеринг. – Мы не хотим утомлять вас. И все же путь будет нелегкий, и вам могут встретиться непредвиденные трудности. Район оккупирован Советской Армией, и мало ли что может случиться. Как бы то ни было, мы сделали все, что могли. Продолжать, сэр? – обратился он к Эссексу.
– Да, прошу, – сказал Эссекс, сразу став серьезным.
– Маршрут охватывает обширную территорию, большая часть которой труднопроходима, гориста и пустынна. У нас там повсюду свои люди, но смысл и значение миссии лорда Эссекса заключается в том, что он должен совершать свой путь свободно, охраняемый престижем, званием и авторитетом представителя британского правительства. Ваше появление в качестве официального лица и контакт с нашими тамошними друзьями принесут больше пользы, чем все наши мероприятия со времени проникновения туда русских. Многое будет зависеть от вас, Мак-Грегор, потому что вам по большей части придется говорить за лорда Эссекса.
«Как бы не так!» – сказал самому себе Мак-Грегор.
Пикеринг продолжал описывать кружной путь, которым они должны были ехать из Тегерана в Тавриз.
– Таким образом, – говорил он, – вы захватите и Камсех и Арделанское плато.
– Но ведь Арделан – это в Курдистане! – сказал изумленный Мак-Грегор.
– Совершенно верно, – ответил Пикеринг. – Вы проедете прямо по курдской территории. Может быть, теперь вам становится ясна ваша задача?
Радость Мак-Грегора при мысли о том, что ему удастся побывать в Курдистане, перевешивала чувство возмущения, которое вызывала в нем вся эта затея. Он насторожился еще больше, когда понял, что все это было задумано без него.
Эссекс постарался рассеять подозрения Мак-Грегора, сказав ему вполголоса, что они еще обсудят маршрут с глазу на глаз, но Мак-Грегор не поддался на обман, а тут вдобавок сэр Сэмюэл предложил Л. Б. Шо объяснить Мак-Грегору его особую задачу.
– У нас приготовлена для Мак-Грегора подробная инструкция, с которой он может ознакомиться, – как бы нехотя сказал Шо. – Мы предлагаем мистеру Мак-Грегору выяснить деятельность русских по части изысканий нефти и руды. Этот маршрут приведет мистера Мак-Грегора в район Урмии – на территорию, где, как мы предполагаем, русские производят бурение и разведку нефти. Кроме того, мы хотели бы знать, удалось ли русским разведать медь, железо и прочие полезные ископаемые Загроса. На все это есть материалы, мистер Мак-Грегор. – Шо поспешил сесть на свое место и не привлекать больше к себе внимания.
– По этому поводу я хотел бы заметить, – сказал сэр Сэмюэл, – что для целей вашей миссии добывание информации не так важно, как само ваше присутствие. Задача, связанная с вашей профессией, мистер Мак-Грегор, второстепенна по сравнению с основной, а основная – это чтобы вас везде видели и чтобы все знали, что вы представитель британского правительства. Однако мы не должны ни в коем случае вмешиваться в местные дела и не должны злоупотреблять привилегиями, предоставленными нам русскими. Кажется, всё, джентльмены. Есть вопросы?
Вопросов не было. Эссекс испытующе и с опасением поглядывал на Мак-Грегора, но Мак-Грегор молчал. Сэр Сэмюэл поблагодарил всех за внимание, распрощался и с величественным видом покинул комнату.
