В случае спора по вопросу, относящемуся к внутренней компетенции, мало вероятно, чтобы Совет Лиги принял толкование, представленное одной из старой, и предоставил ей свободу действия в этом опоре, так как не существует прецедентов и установленных правил международного права в отношении споров между государствами по вопросам внутреннего характера. Однако логично допустить, что в вопросах совершенно внутреннего характера не может быть элементов спора, которые могут привести к разрыву дипломатических отношений. В действительности спорящая сторона может выдвинуть аргумент о суверенных правах только для того, чтобы предупредить вмешательство Лиги в споре явно международного характера. Если Лига примет этот аргумент, и воздержится от поисков решения, это будет означать ее отказ от собственных прав и от большой ответственности по поддержанию международного мира. Однако такую возможность трудно себе представить, и в таком случае Совет, несомненно, приложит все усилия, чтобы предупредить войну. Таким образом, вероятность войны, возникающей из споров относительно вопросов внутренней компетенции, в действительности гораздо меньше, чем это кажется. Все же параграф ^седьмой статьи XV устава, относящийся к таким опорам, со времени, когда он был впервые составлен, до настоящего времени считался содержащим элемент опасности, и время от времени велась агитация, чтобы его пересмотреть. Надо признать, что, до тех пор пока этот параграф надлежащим образом не будет исправлен, в нем всегда будет скрываться опасность войны.
В отношении допустимости войны (е) для наказания государства, которое прибегает к военным действиям в нарушение статей XII, XIII и XV устава, надо сказать, что в послевоенное время мало вероятно, чтобы какое-либо государство нарушило эти статьи и двинуло свои войска на территорию другого государства. Совершенно невероятно, чтобы нашлось какое-нибудь государство в мире, которое могло бы сопротивляться первым мерам наказания со стороны Лиги в виде экономической и финансовой блокады и разрыва связи с ним. Всеобщее мнение таково, что никогда не может быть надобности для Лиги прибегнуть ко второй мере наказания в виде военных или морских действий.
Подводя итоги тому, что было сказано в этом отношении, можно признать, что в уставе Лиги имеется шесть щелей, через которые война может проникнуть. За исключением войны для законной самообороны, войны, проистекающей из вопроса внутренней компетенции, и карательной войны, другие войны, предусмотренные уставом, являются чисто теоретическими, и они очень мало вероятны. Соответственным образом автор без колебания утверждает, что в действительности риск войны очень невелик, и поэтому имеется много возможностей для ограничения и сокращения вооружений.
Существует три вида вооружений — сухопутные, морские и воздушные, и все три вида вместе составляют национальную оборону. На заседании подготовительной комиссии Лиги наций по сокращению вооружений французский член комиссии утверждал, что невозможно рассматривать ограничения каждого вида вооружения отдельно и если один из видов вооружений будет уменьшен чрезмерно, другой вид должен быть соответственно увеличен, причем на уменьшение третьего вида можно согласиться лишь тогда, когда второй вид достаточно силен что все три вида надо обсуждать одновременно и что уменьшение вооружений может быть достигнуто только в том случае, если будет установлено надлежащее равновесие между всеми тремя видами. Хотя в теории этот взгляд представляется логичным, на практике коллективное обсуждение всех трех отраслей государственной обороны может только осложнить вопрос и помешать успеху его разрешения. Соответственно этому практический подход требовал, чтобы только один вид разоружения рассматривался в данное время. Таким образом, один вопрос может (рассматриваться в Вашингтоне, другой — в Женеве, при сохранении общей перспективы. Например, на конференции по сокращению вооружений в Вашингтоне в 1921 г. рассматривались только морские вооружения; воздушные и сухопутные вооружения были исключены из рассмотрения. Кстати сказать, это было сделано по настоянию Франции. По убеждению автора, метод, применявшийся в Вашингтоне, больше всего подходит к потребностям момента.
